Сегодня: 12 декабря 2018
Russian English Greek Latvian French German Chinese (Simplified) Arabic Hebrew

Все, что вам будет интересно знать о Кипре на нашем сайте Cyplive.com
самый информативный ресурс о Кипре в рунете
Духовные составляющие пастырского душепопечения прп. Паисия Святогорца

Духовные составляющие пастырского душепопечения прп. Паисия Святогорца

28 ноября 2018 LJ cover – Духовные составляющие пастырского душепопечения прп. Паисия Святогорца
Теги: Религия, Православие

Под принципами пастырства прп. Паисия понимается следующее: основные особенности методологии душепопечения, присущие святому Паисию; нормы и убеждения, на которых основывается отношение пастыря к самому себе и к пасомому; воззрения самого преподобного на то, каких постулатов должен придерживаться духовник в окормлении душ людей. Старец приложил немало труда в деле своего духовно-нравственного, а также пастырского становления. Поэтому особенности и принципы духовного руководства святого Паисия Святогорца следуют из его главных личных духовных качеств, сформированных в течении его жизненного пути.

Чувство долга

Преподобный Паисий остро переживал чувство пастырского долга перед людьми, особенно если они сделали ему какое-то добро. С этого чувства долга в свое время и началась история монастыря в честь святого Иоанна Богослова в Суроти, первыми насельницами которого стали девушки, прежде помогавшие старцу, когда он был в больнице, а также являющиеся его донорами крови для операции. Сам преподобный говорил, что «свой долг по отношению к ним он ощущал, как бы “кожей”»[1] и потому помог «девушкам найти подходящее место для монашеской жизни»[2]. Автор жития прп. Паисия, монах Исаак, замечает по этому поводу: «Приняв от сестер кровь, он дал им дух — то есть оказал духовную помощь»[3]. В данном контексте вспоминается прп. Серафим Саровский, который стоял у истоков создания монашеской общины Серафимо-Дивеевского монастыря. Он, как и прп. Паисий, искал изначально отдаленной пустынной и аскетической жизни, но был сподвигнут на душепопечительное служение Божией Матерью. Впоследствии окормление людей стало его пастырским долгом.

Самоуничижение

Прп. Паисий Святогорец имел самоуничижение, что важно для человека, который регулярно помогает человеческим душам. Он развил это чувство благодаря любочестному подвигу и положительным примерам подвижников, с которыми ему довелось видеться. Многие из подобных подвижников имели такое самоуничижение, по которому считали, что ничего не сделали полезного и хорошего за всю жизнь, некоторые из них по-своему смирению очень сокрушались в связи с этим[4].

По своему смирению прп. Паисий считал себя грешным и низким[5] и не считал себя душепопечителем, однако, чувствуя любовь и сострадание к людям, старался им всячески помочь. Он был убежден в важности присутствия в жизни каждого человека духовника, которому он будет доверять, регулярно исповедоваться, советоваться с ним. Что особенно необходимо в наше время, когда грех в мире слишком распространен. Про себя же он говорил: «Люди ищут помощи [даже и] у моей худости. Я не вижу в себе ничего хорошего и удивляюсь: что находят во мне люди, чтобы так нестись ко мне сломя голову? Я ведь на самом-то деле кто: тыква с арбузной коркой. А в наши дни даже тыкву едят вместо арбуза, потому что у нее корка похожа на арбузную… с одной стороны, я гнушаюсь самим собой, но с другой — ведь за людей-то тоже больно»[6].

Своим самоуничижением, сам того не зная, старец производил благотворное впечатление и влияние на других

Как-то преосвященный митрополит Фтиотидский Николай посетил Гору Афон. В храме он обратил внимание на следующее: когда первый раз оказался рядом со старцем, тот встал почти в конце очереди в трапезную, хотя по чину должен был идти намного ближе к началу[7]. Это поразило митрополита. То есть своим самоуничижением, сам того не зная, старец производил благотворное впечатление и влияние на других.

Отношение к человеку с любовью

Одним из самых важных принципов, на котором должна зиждиться пастырская деятельность — это отношение к пасомому с любовью. Апостол Павел писал в послании к Коринфянам: если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий (1 Кор. 13:1).

Святой Паисий Святогорец имел великую пастырскую любовь. В тех, с кем преподобный Паисий виделся, зажигал искру веры, освобождал душу от суеты и тоски, говорил с каждым, как с самым близким человеком, с которым знаком с детства. Святой Паисий Святогорец, даруя свою любовь, возгревал и в других большие чувства к себе: «Мы полюбили его так сильно, что человеческий язык не может передать реальность этого неописуемого, но такого осязаемого для нас впечатления»[8].

Святой Паисий на деле исполнял слова одной мудрой притчи, которую вспоминает митрополит Антоний Сурожский: «Самый важный человек — тот, который перед тобой вот сейчас, другого же нет. А самое важное дело — в это мгновение для этого человека сделать то, что надо»[9].

Преподобный Паи́сий Святогорец

Постоянное попечение о душах и руководство ими проявлялось также в том, что старец не только принимал многочисленных паломников, но и находил время отвечать на приходившие от них письма. Его письма были исполнены пастырской любовью и заботой о человеке, соединены с осознанием своего недостоинства: «От всего сердца желаю вам доброго духовного преуспеяния и доброго просвещения, чтобы вы уже сейчас смогли понять то, что я, к сожалению, понял только в старости»[10].

В одном письме, адресованном сестрам монастыря в честь апостола и евангелиста Иоанна Богослова, старец пишет: «Я взял карандаш, как делает безумный, который записывает свои бредовые мысли углем на стене, и сел, желая, как безумный, записать свои — на бумаге… безумие я совершаю по большой любви к моим сестрам, чтобы они получили пользу, пусть и небольшую»[11]. К самоуничижению и смиренному отношению к самому себе у преподобного всегда добавлялось чувство любви и заботы о людях.

Сам преподобный, говоря о своем опыте пастырского окормления, показывает, как можно подходить к человеку в деле попечения о его душе, соединяя отеческую любовь с терпеливым исправлением: «Я всецело отдаю себя другому, чтобы он получил помощь, чтобы дать возможность развития для [создавшейся между нами] атмосферы любви. А потом потихоньку начинаю указывать человеку на его недостатки. В зависимости от возраста моего собеседника я смотрю на него как на моего брата, отца или деда. Я грею человека, как солнышко, чтобы наружу вылезли все змеи, скорпионы, жуки — то есть его страсти, — а затем помогаю человеку их умертвить»[12].

Случалось и так, что человек, с которым общался преподобный, начинал чрезмерно пользоваться его добрым отношением, не ценил этого. Но и в этом случае преподобный, не отказывая такому человеку в помощи и не переставая переживать и духовно болеть за него, поступал так, как было полезно пришедшего. Например, занимал «по отношению к нему строгую позицию. “Я помогу ему издалека, молитвой”, — решил я. И поступил так не потому, что не любил этого человека, а потому, что такой образ поведения был ему на пользу»[13].

Святой старец вспоминает случай. Когда он жил в монастыре Стомион, то взял к себе одного молодого человека, чтобы помочь ему и научить ремеслу плотника. Преподобный, считая его братом, относился к нему со всей добротой, хотя и видел в нем некоторые неприглядные качества. Но когда однажды молодой человек дерзко ответил преподобному, старец решил, что его доброе отношение только испортит молодого человека. Молодой человек не понимал того сердечного участия и расположения, которое оказывал ему преподобный: «И потом он ушёл от меня сам. Я его не выгонял. Видишь: терпение, любовь делают бесстыдного более бесстыдным, а любочестного — более любочестным»[14].

Качества, самые необходимые для священнослужителя, — это любовь и бескорыстие, что можно объединить под одним выражением «бескорыстная любовь».

Иерей Василий Родионов в своей дипломной работе, ссылаясь на святого Паисия Святогорца, пишет, что качества, самые необходимые для священнослужителя, — это любовь и бескорыстие[15], что можно объединить под одним выражением «бескорыстная любовь». А священник Дионисий Тацис указывает на следующее мнение старца: «Большую цену имеет одно, подтвержденное опытом, слово смиренного человека, выходящее с болью из глубин его сердца, чем пустая болтовня поверхностного человека, быстро производимая его образованным языком, не дающим пищи для души, ибо он — плоть, а не огненный язык святой Пятидесятницы»[16]. Поэтому слова священника, в первую очередь пропитанные любовью, бескорыстием и опытом, будут иметь действительный результат на человека.

Старец говорит о пастырской любви, присущей истинному душепопечителю. Если же, отмечает преподобный Паисий, «у духовника нет решимости пойти ради любви к своим духовным чадам даже в адскую муку, то это не духовник»[17]. Священник, по мысли преподобного, должен «наставлять своих чад с Божественной любовью и нежностью, <…> даже ругать людей надо с любовью»[18].

Жертвенность

Все истинные духовные наставники имели в себе жертвенность в своем пастырском служении. Святой Иоанн Кронштадский в одной из бесед с пастырями делился своим опытом, отмечая нелегкость, но необходимость пастырской жертвенности: «Меня осаждают каждый день просьбами, так что иногда мне тяжело и не хочется, но я делаю, стараюсь удовлетворить всех просителей»[19].

Жертвенность святого Паисия являлась не только ярким качеством, но и его постулатом, когда дело касалось душепопечения. В этом случае преподобный не жалел ни своего времени, ни сил, не гнушался обстановки и окружающих людей. А в периоды, когда старца подводило здоровье, он никогда не подавал вида, даже будучи в критическом состоянии. Автор его жития комментирует: «Не помню ни одного случая, когда Старец показал бы другим, что он устал и измучен»[20].

Своими словами и действиями прп. Паисий не раз подчеркивал и давал понять людям, что для него важнее помочь им, чем думать о себе: «Обязанности всегда со мною, а ты нет»[21]; «У человека столько проблем, и неужели я буду думать о себе самом?»[22]. Это означает, что обязанности и заботы у пастыря будут всегда, но важнее всего окормление души, которая в данный момент находится перед ним.

Исключительно позитивный настрой

Шутливый и позитивный подход прп. Паисия Святогорца в окормлении людей является яркой особенностью его методологии душепопечения. Кристина Полякова в своей статье на сайте Православие.ру отмечает: «Чувство юмора старца Паисия просто невозможно не заметить и не прочувствовать — оно потрясающе прозорливо»[23].

Понимая необходимость бережного отношения к человеку, святой Паисий Святогорец часто к своим ответам добавлял различные забавные и поучительные истории, стремясь тем самым порадовать слушателей,использовал шутки. Но во многих шутках и забавных историях, по словам иеромонаха Исаака, скрывался глубокий духовный смысл[24]. То есть шутливый образ общения с людьми старца был не только проявлением его веселого образа, но являлся основой его пастырской практики. «Старец играл словами, давал им свое собственное «этимологическое объяснение», выдумывал самые невероятные неологизмы. Однако делал это очень тонко, так, чтобы никого не ранить и не осудить»[25].

При всем этом пастырю важно, как это делал афонский святой, преподносить шутку и веселую назидательную историю тактично, взирая на особенности каждого человека. Старец, делясь своим опытом в окормлении людей, говорит, что необходимо «…указывать им на ошибку тонко, тактично, растворяя это смехом или шуткой»[26].

Индивидуальный подход

Прп. Паисий указывает также на необходимое для пастыря умение найти свой подход к каждому. Этого принципа он придерживался и сам. Иеромонах Христодул говорил, что старец «не имел одного "рецепта" для всех»[27]. Так, святой старец Паисий выделяет некоторые важные моменты, о которых, как он считает, не следует забывать пастырю: «В духовной жизни не бывает одного рецепта, одного канона [на всех]. Каждая душа отличается от другой качеством и вместимостью… Познав качество и вместимость души, духовник будет действовать в соответствии с ее возможностями, с ее наследственностью, а также в соответствии с тем, насколько душа преуспевает… Каждая болезнь требует определенного времени, чтобы обратить внимание на то, с чего она началась, какие у больного симптомы и тому подобное»[28].

Один из современников старца свидетельствует о том, что у него был редкий дар утешать людей любого звания, любого образования и любого духовного состояния

Такой внимательный и рассудительный подход к приходившему за помощью всегда приносил свои результаты — один из современников старца свидетельствует о том, что «у него был редкий дар утешать людей любого звания, любого образования и любого духовного состояния»[29].

Можно выделить некоторые различия в подходе старца к людям с разными чертами характера. Так, святой Паисий говорит про людей, которые легко приходят в отчаяние и не имеют духовного дерзновения: «Такой человек должен говорить дьяволу: ″Каким бы я ни был, всё равно я лучше тебя. Христос меня не оставит, я надеюсь, что Он меня спасёт″. А имеющий духовное мужество может сказать так: ″Диавол хорошо делает свою работу, но что делаю я?″»[30]. Отсюда следует то, что старец в зависимости от того, придет к нему мужественный человек или не имеющий духовного дерзновения, будет давать в соответствии с этим советы разного характера. В одном человеке пробудит его имеющееся мужество, а в другом поддержит слабый дух.

Есть пасомые, легко поддающиеся воздействию пастыря, имеющие покладистый характер. Но, наверняка, время от времени, любой священник встречал у себя на исповеди человека с трудным характером, измениться которому не так легко, даже при усилии пастырского руководства со стороны. Здесь святой Паисий Святогорец сравнивает трудного человека с перекошенной доской, но имеющей большой потенциал. Поэтому необходима тщательная, аккуратная и долгая работа над ней: «Люди, имеющие трудный характер, обладают внутренними силами, и, дав тебе поработать над собой, они смогут двигаться в духовной жизни семимильными духовными шагами. Однако работе с такими людьми необходимо уделять много времени»[31].

Также старец разделяет подход к чувствительному и нечувствительному человеку: «Что я, по-вашему, скажу человеку, видя, что его душа [чрезмерно] чувствительна или что она находится в потрясении от осознания своего греха? В этом случае я утешаю человека, чтобы он не впал в отчаяние. Однако, видя, что сердце человека жестко, как камень, я говорю с ним строго, чтобы расшатать этот камень и сдвинуть его с места»[32]. Несильная чувствительность человека может перерасти в бесстыдство, здесь, по словам старца «…духовник должен быть внимателен, чтобы не дать ему права [повода] для бесстыдства»[33].

А вот если человек склонен к любочестию, то в этом случае священник может указать ему на те хорошие качества и достоинства, которые тот в себе имеет. Это позволит пасомому преуспеть, если пастырь будет при этом возделывать в нем благородство и поддерживать любочестие[34]. Учитывая это, прп. Паисий придерживается такого принципа: «Мой типикон таков: если вижу, что человек отличается неким дарованием или же преуспевает в духовной борьбе, то я говорю ему об этом. Ну, а уж если я вижу в нем кривизну — беру в руки тяжелую дубину»[35].

Такое различие в подходах прп. Паисия к людям с разными характерами просто необходимо в пастырской деятельности. Ведь неправильный подход или совет может либо не иметь положительного результата, либо послужит во вред душе человека: чувствительного ввергнет в отчаяние, бесстыдного утвердит еще больше в бесстыдстве, мужественному даст повод возгордиться.

Тактичность

Следующее, о чем стоит сказать — тактичность. Пастырю важно быть с пасомым деликатным, аккуратно искать к нему подход, чтобы никак не обидеть и не отпугнуть. Протоиерей Алексей Остапов пишет: «Такт священника — это особый вид его общения с людьми»[36]. Святой Паисий не забывал о пастырской тактичности.

Окормление человека должно быть пропитано аккуратностью и уважением его свободы и личностных границ, нарушение которых может быть оправдано лишь в случае, когда необходимо предостеречь его от неминуемой погибели

В 3-м томе Слов святого Паисия Святогорца встречается то, как старец делится своим опытом: «Часто, видя, что в духовной жизни человека что-то произошло, догадываясь или зная, что он что-то сделал, я — уважая его — ничего не говорю ему об этом, если он сам не скажет. Я считаю насилием, бесчестием сказать человеку о чем-то в тот момент, когда он сам не хочет, чтобы я об этом узнал… Я скажу человеку, что знаю о нем что-нибудь только в том случае, когда увижу, что он находится в опасности и иной возможности помочь ему нет. Или же я сделаю это, видя, что он пребывает в неведении и может потерпеть полную неудачу и погибнуть»[37]. Из этого следует, что окормление человека должно быть пропитано аккуратностью и уважением его свободы и личностных границ, нарушение которых может быть оправдано лишь в случае, когда необходимо предостеречь его от неминуемой погибели. Более подробно вопрос уважения пастырем духовной свободной личности раскрывается в статье «Духовная власть и свобода личности пасомого»[38].

Святой Паисий Святогорец всегда старался следовать этому принципу. В житии встречается случай, когда бедуин ради старца хотел зарезать петуха, чтобы угостить. Святой не сказал прямо о своем монашеском правиле, а ответил деликатно: «Да оставь ты, Сулейман, этого петуха…Оставь, съедим его в другой раз. Ну как еще я мог ему объяснить, что не ем мяса?»[39].

Снисхождение и сочувствие

Одним из пастырских принципов прп. Паисия Святогорца было снисхождение и проявление сочувствия к людям, об этом он говорил сам[40]. Преподобный с болью и сочувствием отмечает: «Мне больно дважды. Сначала, когда я что-то предвижу и кричу, чтобы мы предупредили готовящееся зло. И потом, когда на это не обращают внимания (необязательно от пренебрежения), зло случается и меня начинают просить о помощи»[41].

Андритсопулос Николаос поделился ярким случаем, о котором рассказывал сам старец. К нему пришел навязчивый человек, который непрестанно стучал в калитку, но старец не открывал по причине очень высокой температуры и бессилия. В конце концов ему пришлось открыть, далее старец вспоминает: «Он, весь красный, возбужденный, не контролируя себя, говорит мне: “Я хочу поговорить с тобой обязательно. Если я с тобой не поговорю, я тебя убью”. Этот человек был сумасшедший, в тот момент у него не было ни доли рассудка. Так что у него были все права (как у духовно больного человека) даже убить меня, как он мне сказал. И поскольку все права были на его стороне, я сел, выслушал его и дал ему совет в том, о чем он меня спросил»[42].

Также старец делится случаем, когда у одной женщины произошло горе: «А другая такая мать в Великий Четверг прикрепила к стоящему посреди храма Распятию фотографию своего ребёнка, которого убили немцы. Она говорила: “И мой сын пострадал так же, как Христос”. А что ей было говорить? Ведь её душа была травмирована»[43].

Святой Паисий давал наставления о пастырской любви и снисхождении к людям священнослужителям, например отцу Дионисию Тацису, когда того рукоположили: «Не всматривайся в большинство из происходящего, но делай замечания только относительно важного, ибо мир утомлен и возбужден, и не выносит постоянных замечаний, сколь бы правильны они ни были»[44]. Даже в самом наставлении старца видно его сочувствие и снисхождение к современным людям, когда он их оправдывает.

Такое сочувствие и снисхождение к другому человеку постоянно сопутствовало словам и поведению святого Паисия Святогорца. Пастырь, держась такой позиции, с наименьшей вероятностью сможет обделить вниманием человека и не придать значению его боли и скорби.

Строгость

Преподобный старец имел определенные принципы, которые говорили о его строгости. Один из самых ярких: он не заводил беседу, не помогал тем, кто приходил к нему просто из любопытства[45]. Иеромонах Исаак описывает случай из жизни, когда старец, увидев, что к нему идут гости просто из любопытства, ушел из своей каливы, оставив записку в калитке: «“Зоопарк закрыт. Обезьяны нет дома”. Под “обезьяной” Старец подразумевал себя, поскольку для некоторых он был объектом любопытства»[46].

Для прп. Паисия Святогорца также важно, чтобы он знал человека и был с ним в тесной связи, иначе старец не был сторонником давать какие-то советы незнакомцу[47]. А если человек приходил испрашивать совета у старца, не исповедовавшись, то он отправлял того прежде на Таинство Исповеди, только после этого призывал возвращаться. Преподобный комментировал это следующим образом: «И правда, как можно установить с человеком связь и прийти к взаимопониманию, если он «работает» на другой [духовной] частоте?»[48] Но такого принципа может придерживаться и рукоположенный священник, поскольку люди часто подходят просто посоветоваться, но при этом давно не исповедовались.

Следующее, что стоит отметить в методологии душепопечения святого Паисия Святогорца: никогда не оправдывать человека, пришедшего на беседу с какой-то проблемой. Старец советует духовникам: «Заставляйте человека задуматься, не находите ему легкого оправдания»[49], далее преподобный говорит о себе: «У меня нет ни одного хорошего качества, кроме следующего: я никогда никого не оправдываю — даже если человек не виноват»[50]. Данный пастырский подход направлен на то, чтобы человек задумался, начал размышлять над своей проблемой со всех углов и понял, где он сам виноват.

Учить тому, что исполняешь сам

Как одно из необходимых качеств для священника преподобный отмечает важность советовать человеку только то, что он смог бы выполнить и выполняет сам: «Чтобы один человек сказал другому, что ему нужно делать, слышащий должен быть смиренным, а говорящий — в десять раз смиреннее его, и, кроме этого, он сам должен стараться применять в своей жизни то, чему учит другого. Если я советую сделать что-то на сто процентов, то это значит, что сам я делаю это на сто пятьдесят процентов»[51].

В связи с этим можно поднять тему, которую освещает в своей статье протоиерей Тимофей Фетисов о цели получения богословского образования. Автор приводит мнение старца Паисия о том, что обучение богословию нужно не для помощи другим, а в первую очередь самому себе. И только потом, сквозь полученный определенный опыт, можно принести пользу людям[52]. Поэтому пастырю важно, в первую очередь, духовно преуспеть лично, чтобы потом быть способным к научению людей тем постулатам, что под силу самому.

Искусство владения словом

В данной работе важно обозначить такой момент, как искусство владения словом прп. Паисия Святогорца. Он хорошо владел речью для передачи знаний и своего духовного опыта, даже вплоть до того, что умел создавать новые слова для достижения эффективности пастырских советов. В его житии автор также обращает на это внимание: «Старец играл словами, давал им свое собственное «этимологическое объяснение», выдумывал самые невероятные неологизмы»[53].

Использование редких слов и разных неологизмов являются как личной чертой святого Паисия Святогорца, так и особенностью его методологии душепопечения. Нередко разные нетипичные и необычные слова и выражения доносили наставление до современного человека более понятно, а какие-то способствовали развитию атмосферы любви и доброжелательности между старцем и пасомым. Вот некоторые из них: «любочестие» («…эссенция доброты, любовь большой благодарности, вся доброта и смирение. Это чистая любовь смиренного человека, который совершенно не ищет своего в том, что он делает. Его сердце исполнено духовной утончённости, восприимчивости и благодарности к Богу и к образу Божию, человеку»[54]); «телеграммы»[55](святой использовал слово «телеграмма», придавая ему новое значение — лукавый помысл); «монахолюбив»; тангалашка (бес)[56]; «Заботы Марфы» (стройка в монастыре Стомион); «Голгофа» (опасное обрывистое место недалеко от монастыря Стомион); «аккумуляторы разрядились» (святой Паисий использовал это выражение применительно к состоянию, когда духовные силы истощились после молитв, поста и аскетических подвигов); «рассеянный внутренний человек» (внутренне молитвенное состояние); «горемыка» (обращение к кому-либо с любовью и состраданием); «“Ненавистью” Христа тебя ненавижу»; принять болеутоляющую «таблетку» (выразился старец, когда спел тропарь «Боле́зньми святы́х…»[57]); «Духовные проценты»[58](награда на небесах); «банк у Христа»[59]; «монахи — радисты Церкви»[60].

Обладая даром слова, святой Паисий умел использовать его в своей пастырской деятельности для достижения определенного результата душепопечения. Учитывая данный факт, «искусство владения словом» можно причислить к тем основным принципам пастырства, которых придерживался преподобный.

Итак, здесь были представлены самые яркие и наиболее свойственные прп. Паисию Святогорцу пастырские принципы и особенности его методологии душепопечения. А именно: искусство владения словом, чувство долга, самоуничижение, отношение к человеку с любовью, жертвенность, исключительно позитивный настрой, индивидуальный подход, тактичность, снисхождение и сочувствие, строгость, научение тому, что сам исполняешь.

Также выделяются основные цели, к которым стремился святой при душепопечении: привести человека к осознанию своих грехов, чтобы тот попросил прощение у Бога; привить пасомому большую благодарность Богу за все Его благодеяния; вселить в человека твердую уверенность в Боге и надежду на Него; возжечь ревность стремления к Богу; сподвигнуть человека самому искать собственного исправления через подвиг и дела милосердия.

Несомненно, духовные качества святого Паисия Святогорца легли в основу его принципов пастырства и методологии душепопечения. И безусловно эти принципы душепопечения являются отражением личностных качеств преподобного Паисия, который вкладывал их в дело пастырского окормления людей.


[1] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. ― М.: Святая Гора, 2006. ― С. 187.

[2] Там же.

[3] Там же.

[4] Новый Афонский патерик. Т. 3. Рассказы преподобного старца Паисия и других святогорцев / перевод с греч. ― М. Орфограф, 2018. ― С. 66.

[5] Христодул (Агиорит), иером. Избранный Сосуд. ― Покров-Задорожье: Свято-Покровская община, 2001. ― С. 12.

[6] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 1. С болью и любовью о современном человеке. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 26.

[7] Зурнатзоглу Н. А. Преподобный Паисий Святогорец. Свидетельство паломников. ― М.: Издательство Сретенского монастыря, 2011. ― С. 37.

[8] Там же. С. 149.

[9] Антоний Су́рожский, митр. Пути христианской жизни. ― М.: Фонд «Духовное наследие митрополита Антония Сурожского», 1997. ― С. 109.

[10] Паисий Святогорец, прп. Письма. Письмо 2. ― Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2001. ― С. 82.

[11] Паисий Святогорец, прп. Письма. Письмо 6. ― Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2001. ― С. 209.

[12] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 341.

[13] Там же.

[14] Там же. С. 341-342.

[15] Родионов В., прот. Пастырское душепопечение по учению старца Паисия Святогорца. ДР. ― Москва (СДС), 2013. ― С. 95.

[16] Тацис Д., свящ. Изречения подвижников Греции. ― Издательство имени Святителя Игнатия Ставропольского, 2001. ― С. 77.

[17] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 328.

[18] Там же.С. 346.

[19] Сурский И. К. Отец Иоанн Кронштадский. Том I. Отдел II. Глава 47 [Электронный ресурс] // URL: https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Kronshtadtskij/otets-ioann-kronshtadskij/1_2_5 (дата обращения: 20.02.2018).

[20] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. ― М.: Святая Гора, 2006. ― С. 215.

[21] Зурнатзоглу Н.А. Преподобный Паисий Святогорец. Свидетельство паломников. ― М.: Издательство Сретенского монастыря, 2011. ― С. 260.

[22] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. ― М.: Святая Гора, 2006. ― С. 208.

[23] Полякова К. О жизни, учении и «словах» старца Паисия Святогорца [Электронный ресурс] // URL: http://www.pravoslavie.ru/72132.html (дата обращения: 13.05.2018).

[24] Там же.С. 263.

[25] Там же.

[26] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 346.

[27] Христодул (Агиорит), иером. Избранный Сосуд. ― Покров-Задорожье: Свято-Покровская община, 2001. ― С. 277.

[28] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 314.

[29] Зурнатзоглу Н. А. Преподобный Паисий Святогорец. Свидетельство паломников. ― М.: Издательство Сретенского монастыря, 2011. ― С. 60.

[30] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 5. Страсти и добродетели. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 175-176.

[31] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 313.

[32] Там же. С. 324.

[33] Там же. С. 314.

[34] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 322-323.

[35] Там же. С. 321.

[36] Остапов А, прот. Пастырская эстетика. ― М.: Издательство Сретенского монастыря, 2012. ― С. 64.

[37] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 326.

[38]Иоанн (Лудищев), иером. Духовная власть и свобода личности пасомого [Электронный ресурс] // URL: http://sdsmp.ru/news/n7099/ (дата обращения: 15.03.2018).

[39] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. ― М.: Святая Гора, 2006. ― С. 161.

[40] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 305-307.

[41] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 1. С болью и любовью о современном человеке. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 22.

[42] Зурнатзоглу Н.А. Преподобный Паисий Святогорец. Свидетельство паломников. ― М.: Издательство Сретенского монастыря, 2011. ― С. 333.

[43] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 4. Семейная жизнь. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 291.

[44] Тацис Д., свящ. Когда Чужая боль становится своей. Жизнеописания и наставления преподобного Паисия Святогорца. ― М.: Приход храма Святаго Духа Сошествия на Лазаревском кладбище, 2017. ― С. 119.

[45] Эта мысль подтверждается опытом общения монаха Игнатия с преподобным Паисием (Из личной беседы с монахом Игнатием, насельником святой Горы Афон).

[46] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. ― М.: Святая Гора, 2006. ― С. 628.

[47] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 282-283.

[48] Там же. С. 273-276.

[49] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том 3. Духовная борьба. ― М.: Святая гора, 2010. ― С. 315-318.

[50] Там же. С. 315-318.

[51] Там же.С. 345.

[52] Фетисов Т., прот. Образы богослова и пастыря в духовном наследии прп. Паисия Святогорца [Электронный ресурс] // URL: http://www.pravoslavie.ru/111343.html (дата обращения: 25.11.2017).

[53] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. ― М.: Святая Гора, 2006. ― С. 263. «Неологизм – новое, слово или выражение, а также новое значение старого слова» (Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. Мир и образование, 2018. ― С. 603.)

[54] Паисий Святогорец, преп. Слова. Том 5. Страсти и добродетели. – М.: Святая гора, 2010. – С. 241.

[55] Паисий Святогорец, преп. Слова. Том 1. С болью и любовью о современном человеке. – М.: Святая гора, 2010. – С. 53.

[56] Паисий Святогорец, преп. Слова. Том 6. О молитве. – М.: Святая гора, 2013. – С. 52.

[57] Паисий Святогорец, преп. Слова. Том 4. Семейная жизнь. – М.: Святая гора, 2010. – С. 237.

[58] Там же. С. 212.

[59] Паисий Святогорец, преп. Слова. Том 5. Страсти и добродетели. – М.: Святая гора, 2010. – С. 32.

[60] Исаак, иером. Житие старца Паисия Святогорца. – М.: Святая Гора, 2006. – С. 65.