Сегодня: 15 ноября 2018
Russian English Greek Latvian French German Chinese (Simplified) Arabic Hebrew

Все, что вам будет интересно знать о Кипре на нашем сайте Cyplive.com
самый информативный ресурс о Кипре в рунете
120 дней до «убийства» ядерной сделки с Ираном: Кто остановит Трампа?

120 дней до «убийства» ядерной сделки с Ираном: Кто остановит Трампа?

29.01.2018
Теги: США, Израиль, Иран, Ядерное оружие, Политика, Аналитика, Международные отношения, Ближний Восток,

Соединённые Штаты и Израиль вместе с арабским «флагманом» на Ближнем Востоке, Саудовской Аравией, постепенно разворачивают фронтальную атаку на Иран. Пока наступление условного «ближневосточного триумвирата» на антииранской платформе ограничивается активными дипломатическими шагами. Переход к «горячей» фазе противостояния в ближайшие месяцы не предвидится. Хотя военная составляющая конфронтации с высокой вероятностью может проявить себя уже в этом году, ибо дипломатические атаки на Иран близки к накоплению своей критической массы.

За ней просматривается перспектива непосредственно военных средств сдерживания «иранского агрессора». К примеру, в виде нанесения скоординированных ударов по региональным союзникам и партнёрам Тегерана в Ливане (шиитское движение «Хизбалла»), Йемене (шиитское движение «Ансар Алла», хуситы), Палестине (ХАМАС и «Исламский джихад»). В Ираке и Сирии иранские прокси также находятся под постоянной угрозой прямых ударов. Впрочем, в случае с иракским шиитским ополчением «Силы народной мобилизации» («Хашд аль-Шааби») не всё так однозначно, учитывая важную для правительства в Багдаде роль этой военизированной структуры в силовом блоке арабской республики, её вклад в борьбу с террористами ДАИШ («Исламское государство», ИГ, ИГИЛ) и курдским сепаратизмом на севере страны.

В иранской политике действующей администрации США на нынешнем и ближайших этапах многое будет подчинено двум основным задачам.

Первое — недопущение прокладывания Тегераном так называемого «шиитского коридора» от западных границ Исламской Республики до ливанского побережья Средиземного моря. Военное присутствие США в Ираке и Сирии продлевается на неопределённую перспективу. Точки базирования выбираются Пентагоном с учётом решения указанной задачи. На сирийской территории в дополнение к уже развёрнутым авиабазам и опорным пунктам Корпуса морской пехоты США «Румейлан», «Кобани» (обе расположены в районах, контролируемых ополчением курдов Сирии на севере арабской республики) оборудуются военные объекты «Табка» (провинция Ракка) и «Ат-Танф» (юго-восток САР, провинция Хомс). США вместе с поддерживаемым ими арабо-курдским альянсом «Сирийские демократические силы», у которого своя продолжающаяся история сложных отношений с правительством в Дамаске, разрезают «шиитский коридор» по линии прохождения иракско-сирийской границы. По обе её стороны действуют проиранские группировки, но установление между ними сухопутной связи и сплошной полосы присутствия от Ирана до Ливана сдерживается расширяющимся военным базированием США в регионе.

Второй задачей США на ближневосточном театре противостояния «экспансии» Ирана выступает его отсечение (прежде всего в финансовом плане) от своих прокси и просто симпатизрующих ИРИ негосударственных сил в регионе. Несмотря на внутренние экономические проблемы, Тегеран развернул не только постоянно прогрессирующую ракетную программу, но и достаточно внушительную кампанию финансовой поддержки своих региональных партнёров. Больше всего «перепадает» ключевому союзнику иранцев — ливанской «Хизбалле». Ведущей шиитской боевой единице к западу от иранских границ, по данным западной разведки, в 2017 году Тегеран вчетверо увеличил объёмы ежегодной финансовой помощи — до $ 830 млн. На порядок меньшие суммы, исчисляемые десятками, а не сотнями миллионов долларов, идут на поддержку палестинского очага сопротивления «сионистскому режиму» (таким образом официальные иранские лица именуют Израиль), йеменского фронта борьбы с Саудовской Аравией и сколоченной ею арабской коалицией. Палестинским группировкам ХАМАС, «Исламский джихад», вне зависимости от их суннитской природы, иранцы или уже выделяют ежегодную «антиизраильскую дотацию» в пределах $ 50 млн, или дали твёрдое обещание предоставлять сопоставимый объём финансирования.

Подобные вызовы со стороны Ирана крайне беспокоят Израиль. Последний тщательно блокирует оружейные поставки ливанским шиитам и группировкам в палестинской Газе, а также пытается изолировать их от финансовых потоков извне. Отсюда не удивительно, когда по настоянию израильского союзника вашингтонские эмиссары агитируют в Ливане за отсечение «Хизбаллы» от финансового сектора этой арабской страны (1).

США предъявили Ирану счёт за «дестабилизацию» Ближнего Востока. Фактически те же претензии американской администрации по поводу ядерной сделки с Тегераном (Совместный всеобъемлющий план действий, СВПД — соглашение по ядерной программе Тегерана, заключённое в июле 2015 года между США, Россией, Китаем, Великобританией, Францией, Германией и Ираном) являются пусть и главным на сегодня, но лишь предлогом к предъявлению ИРИ указанного счёта.

В реализации СВПД в его нынешнем виде объективно заинтересована сама американская сторона. Не случайно, что на фоне повышенно негативной энергетики президента Дональда Трампа к этому международному многостороннему соглашению даже руководство Пентагона и ЦРУ советует своему «боссу» воздержаться от резких шагов. Последнее решение Трампа в отношении СВПД, озвученное в середине января, было принято с учётом мнения военного и разведывательного истеблишмента США, всё больше склоняющегося к тому, что обрушение СВПД сулит американцам на Ближнем Востоке на порядок больше проблем, чем неких геополитических выгод. Однако экспрессивный президент-республиканец не всегда и не во всём готов подчиниться мнению «системы». Тем более, когда над ним довлеет фактор самых тесных за последние десятилетия отношений администрации Белого дома и лично его хозяина с руководством Израиля.

Напомним, ранее Трамп не только «выписал чек» Ирану, пригрозив ему самыми тяжёлыми последствиями, если он не откажется от «дестабилизирующей политики» в ближневосточном регионе, но и перевёл стрелки в вопросе СВПД на европейских участников этого соглашения. 12 января он согласился продлить приостановку действия американских санкций против Ирана, введённых ранее в связи с его ядерной программой и «замороженных» после вступления СВПД в силу. Но президент США предоставил союзникам в Европе, участникам ядерного соглашения, только четыре месяца на внесение изменений в него, иначе американцы выйдут из сделки.

Трамп продлил на 120 дней действие режима приостановки санкций в отношении Ирана в соответствии с условиями СВПД. Такое решение было принято президентом США после консультаций с членами своей команды, в том числе с министром обороны Джеймсом Мэттисом, госсекретарём Рексом Тиллерсоном, директором ЦРУ Майком Помпео, советником по национальной безопасности Гербертом Макмастером. Как указали тогда источники в американской администрации, решение по приостановке санкций Трамп принял в последний раз, рассчитывая ужесточить условия ядерной сделки.

На следующий день, 13 января, МИД Ирана распространил завление, согласно которому СВПД не подлежит изменению и официальный Тегеран решительно отказывается вести переговоры вокруг пересмотра этого международного документа. Во внешнеполитическом ведомстве ИРИ также предупредили, что не пойдут на увязывание положений СВПД с «любым другим вопросом». Глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф заявил, что действия Трампа являются «отчаянной попыткой» подорвать ядерное соглашение, подчеркнув, что оно не подлежит пересмотру.

Россия, в качестве одной из сторон ядерной сделки, поставила свой диагноз попыткам США торпедировать успешно реализуемое (согласно многочисленным оценкам Международного агентства по атомной энергии, МАГАТЭ) международное соглашение. В Москве посчитали ультиматумом выраженную президентом Трампом позицию в отношении СВПД, которая «полностью противоречит не только принципам, на которых строятся международные отношения, но и логике, которая заложена в ядерном соглашении» (заявление замглавы МИД РФ Сергея Рябкова от 13 января).

Однако Вашингтон и не думает давать задний ход. Его ультимативный тон в ближайшие четыре месяца будет особенно ощутим в контактах с тремя европейскими столицами. До 12 мая, задекларированного Трампом срока завершения 120-дневной работы по «улучшению» СВПД, Берлину, Лондону и Парижу предстоят сложные консультации и взаимосогласования одновременно с США и Ираном. Более того, с учётом озвученного Тегераном категорического отказа обсуждать любое изменение документа от 2015 года, такие перекрёстные согласования представляются изначально обречёнными.

Впрочем, госсекретарь США Рекс Тиллерсон 22 января заявил о прогрессе в деле получения Вашингтоном поддержки от своих европейских союзников для «улучшения» условий ядерной сделки с Ираном. По словам главы Госдепа, данный прогресс в конечном итоге может удержать Соединённые Штаты от выхода из СВПД. До выражения оптимизма Тиллерсон провёл в Лондоне встречу с премьер-министром Терезой Мэй, министром иностранных дел Борисом Джонсоном и советником главы британского правительства по национальной безопасности Марком Седвиллом. По итогам переговоров было объявлено о создании рабочей группы экспертов США, Великобритании, Франции и Германии, которая займётся «фиксацией недостатков» ядерной сделки с Ираном.

«Я думаю, существует общий взгляд среди группы E3 (Великобритания, Франция и Германия) в том, что есть некоторые положения (ядерной сделки) или некоторые вопросы поведения Ирана, которым должен быть дан ответ», — заявил Тиллерсон по окончании встречи с британским внешнеполитическим руководством.

До сих пор нет ясности относительно сути самих изменений СВПД, запрашиваемых американской стороной. В первый раз, когда Трамп отказался «сертифицировать» ядерную сделку, 13 октября прошлого года оповестив, что направляет её в Конгресс для получения от него конкретных предложений в вопросе «улучшения», посвящённые источники указывали на одно из требований Белого дома. Оно касалось продления действия ряда ограничений на ядерную программу Ирана на срок после 2025 года, который содержится в соглашении (по тексту СВПД: «В течение 10 лет иранские НИОКР в области обогащения с использованием урана будут включать только центрифуги типов IR-4, IR-5, IR-6 и IR-8… и Иран не будет заниматься развитием других технологий разделения изотопов для обогащения урана).

Ближе ко второму (январскому) сигналу Трампа о том, что он готов «убить» ядерную сделку, если она не будет пересмотрена, появились новые данные о существе американских запросов. Это, в частности, условие о допуске международных инспекторов на все, а не только ядерные, объекты Ирана, которые могут вызвать подозрения на предмет хранения там компонентов для создания оружия массового поражения. То есть Тегерану предлагается открыть двери для внешнего контроля на всех своих военных базах. Подобное условие для иранцев не только неприемлемо. Оно рассматривается ими в качестве прямого оскорбления, грубо посягающего на их национальный суверенитет.

Ещё один предполагаемый запрос Вашингтона связан с внесением в текст СВПД положения, юридически обязывающего Иран не разрабатывать баллистические ракеты, способные нести ядерные боеголовки. Пока в этом вопросе Тегеран не ограничен международно-правовыми нормами. Есть резолюция 2231 Совета Безопасности ООН от 20 июля 2015 года, но она не обязывает, а лишь призывает Иран воздержаться от таких действий в рамках своей ракетной программы (2).

Следует отметить, что обязательство Ирана не заниматься военными разработками при реализации собственной ядерной программы, согласно СВПД, носит бессрочный характер: «Иран не будет заниматься деятельностью, включая на уровне НИОКР, которая могла бы способствовать разработке ядерного взрывного устройства, включая работы по металлургии урана или плутония».

Связывание ядерной и ракетной программ ИРИ в одном международном договоре, под которым стояла бы подпись иранского руководства, выступает заветной целью США и Израиля. Впрочем, они отдают себе отчёт в том, что Тегеран может согласиться на это только в одном случае: если он проиграет большую региональную войну с «ближневосточным триумвиратом».

Прямой военный конфликт с мощным противником пока не входит в краткосрочные планы США, Израиля и Саудовской Аравии. Как и американцы, израильтяне в ближайшие месяцы будут «пробивать» европейцев на антииранские шаги, вовлечение в процесс «улучшения» СВПД, который с каждым днём будет всё больше раздражать Иран. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху ранее предупредил в швейцарском Давосе, на полях Всемирного экономического форума-2018, президента Франции Эммануэля Макрона и канцлера Германии Ангелу Меркель о том, что у них остаются считанные недели для «существенного изменения» положений СВПД. «В ближайшие недели у них ещё остаётся возможность попытаться внести подлинные, а не косметические поправки в опасную ядерную сделку с Ираном», — отметил израильский лидер.

В складывающейся ситуации Ирану не остаётся иного, как искать поддержки у России и Китая — двух других постоянных членов Совбеза ООН и сторон ядерной сделки. Знают об этом и в Вашингтоне. Поэтому вполне ожидаемо увеличение Соединёнными Штатами санкционного давления на двух естественных партнёров Ирана вплоть до 12 мая, когда американцы обещали окончательно определиться с ядерной сделкой.

Москва готова к такому сценарию, с 2014 года у неё уже выработался определённый иммунитет на ограничительные меры со стороны любых вашингтонских администраций. Как можно понять, Пекину тем более нет поводов для серьёзного беспокойства, ибо первая и вторая экономики мира обречены находить общий язык в самых сложных внешнеполитических ситуациях. Напрашивается вывод. У Ирана есть все шансы устоять в борьбе с «ближневосточным триумвиратом», выйти из неё без существенного урона для своих позиций в регионе и внутренних потрясений только в содружестве с Россией и Китаем. В случае такой поддержки иранцам от двух мировых держав у европейцев тоже прибавится решимости не идти на поводу у Трампа — «убийцы» ядерной сделки, а до конца отстаивать свою точку зрения о необходимости её реализации в нынешнем виде.

(1) Правительству Ливана следует отрезать «Хизбаллу» от финансового сектора страны. С таким призывом к ливанскому правительству во время своего недавнего двухдневного визита в арабскую республику обратился помощник министра финансов США по вопросам финансирования терроризма Маршалл Биллингсли. Он также указал местным властям на важность нейтрализации «иранской враждебной активности» в Ливане. Напомним, «Хизбалла» с 1997 года внесена в список террористических организаций, составляемый Госдепартаментом США. Ранее американский Конгресс обратился к Евросоюзу с призывом признать политическое объединение ливанских шиитов «террористической организацией».

(2) По тексту резолюции 2231 СБ ООН: «К Ирану обращается призыв не осуществлять любую деятельность, связанную с разработкой и созданием баллистических ракет, спроектированных таким образом, чтобы они были способны доставлять ядерное оружие, включая запуски с использованием технологии баллистических ракет».