Перейти по рекламме
« Назад к списку новостей

Новости

14.06.2017

Война в Сирии способствовала примирению внутри России

Кровавый конфликт в Сирии, поставивший под угрозу полного уничтожения миллионы местных христиан, удивительным образом способствовал развитию религиозной терпимости в РФ. Ведущая церковь страны – РПЦ – сама является резким противником экуменизма, но теперь ведет активную совместную работу с неприемлемыми, на ее взгляд, сектами. Почему подобное вообще стало возможным?

Недавно рабочая группа по оказанию гуманитарной помощи населению Сирии вновь отчиталась о проделанной работе. Группа эта была создана при Совете по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте РФ, а ее председателем является митрополит Иларион (Алфеев) – глава синодального отдела внешних церковных связей РПЦ МП. Ключевое событие в жизни группы, которое важно оценить по достоинству, – отправка сирийским христианам первых партий гуманитарных грузов, собранных религиозными общинами России в рамках совместной работы. 

Собственно, сам факт этой совместной работы можно назвать основным достижением группы. Но не потому, что отправленная сирийцам помощь мала (отнюдь нет). Прежде представители отдельных христианских церквей и религиозных сообществ России наотрез отказывались сотрудничать друг с другом практически по любому вопросу, клеймя оппонентов «еретиками» и проклиная экуменизм. Столь показательные изменения за столь короткий период стали возможны только благодаря трагедии христиан САР, в чем трудно не разглядеть символизма.

Секта на секте

Дамаск – это одно из тех мест, где апостол Павел лично проповедовал учение Иисуса. И значительно в этом преуспел – бывшая провинция Римской империи считалась весьма христианизированной. Правда, к началу XX века только 16% жителей региона исповедовали христианство, а к моменту начала гражданской войны – 5–10%. Тем не менее речь идет более чем о миллионе человек – достаточно значительной диаспоре.

Вплоть до недавнего времени многовековое соседство сирийских христиан с сирийскими мусульманами не приводило к масштабным конфликтам. Даже период халифата отличался терпимостью к людям Писания (христианам и иудеям), и те жили относительно спокойно, платя джизью (подушную подать с иноверцев). В дальнейшем всее это побудило, к примеру, армянских христиан под гнетом Турции не только переселяться именно в Сирию, но и оказывать туркам сопротивление уже оттуда.

Христианские общины жили несколько обособленно, имея, например, собственную систему образования и собственные выходные дни, которые приходились на воскресенье (в исламских странах выходным днем считается пятница). Но при этом для них действовали общие социальные лифты. И хотя занятие действительно значимого государственного поста для последователя Иисуса могло стать проблемой, массового притеснения все-таки не было, одним из косвенных подтверждений чему служит многоконфессиональность сирийского общества, в том числе по христианской ветви – в САР спокойно сосуществуют и православные с католиками, и дохалкидонские течения, и армяне-григорианцы, и протестанты с неопротестантами «новой волны».

В этом добрососедстве уммы и разнообразных христиан особую роль сыграла община алавитов – то течение ислама, с которым прочно ассоциируют род Асадов и которое прежде называлось «нусайриты» в честь основателя – Мухаммада ибн Нусайра, посланника 11-го имама. Сунниты-мусульмане (большинство населения Сирии) считают алавитов сектой. В том числе потому, что те почитают зятя пророка Мухаммеда Али ибн Абу Талиба как «земное воплощение самого Бога».

То есть алавиты – это те из исламского мира, кто хоть как-то мог воспринять идею вочеловечивания Бога – одну из основ христианства. Более того, находясь на стыке ислама, христианства и восточных гностических течений, они верят в «триединого Аллаха» и утверждают, что эта их троица не что иное, как Троица, прославляемая христианами. Что же до Богородицы и Иисуса, алавиты почитают их наравне с суннитами и шиитами, подчеркивая при этом, что Иисус – это только пророк.

«В Латакии и других нусайритских поселениях Сирии праздники христиан считаются алавитскими, и наоборот. Христиане и алавиты навещают друг друга, поздравляют, гостят за праздничным столом. Подобная дружба двух общин свидетельствует о достаточной открытости и терпимости шиитов и алавитов как наиболее близких к христианам мусульман. Один из авторов был, например, очевидцем того, как ‘аид уль-миляд (Рождество Христово) отмечался с радостью алавитами и объявлен государственным праздником Сирии», – утверждают специалисты по региону.

При всех своих странностях для исламского мировоззрения, алавитская община была признана шиитской в 1973 году, когда имамы приняли фетву о том, что между шиитами и алавитами устанавливаются связи в рамках шиитской уммы. Но критики со стороны исламского мира по-прежнему настаивают, что алавизм – это «секта-хамелеон». Об этом говорит сама история течения, которая предписывала адептам скрывать особенности их вероисповедания от непосвященных (в том числе и иных мусульман) и проникать в элиты общества и государства тихим, скрытным путем.

Но если бы в скрываемой от всех сердцевине учения алавизма не было близости к христианству, такого количества воцерковленных христиан разных конфессий в исламской Сирии попросту не было бы. Уж тем более туда не мигрировали бы притесняемые христиане из других государств.

А потом на все это относительное спокойствие чугунной гирей упала «арабская весна», разбуженная в том числе радикально происламскими силами, не терпящими компромиссов ни с алавитами, ни с христианами, естественным образом вставшими на сторону Башара Асада. 

Траншейный экуменизм

Наиболее горячие точки до сих пор продолжающейся войны – Хомс, Алеппо, Дамаск – это города, где жили и живут до сих пор огромные общины христиан самых разных течений, многие из которых профильные специалисты России относят к классическим сектам. Между тем лидеры, к примеру, неопротестантских сект принимают самое активное участие в работе по оформлению гуманитарных коридоров для всех христиан Сирии. В российской рабочей группе есть даже мусульмане, тем более что от ИГИЛ* и прочих джихадистов достается всем, кто не слишком радикален и привык жить «по-сирийски» – без уничтожения «неверных».

Самое крупное сообщество христиан в САР – это чада Антиохийской православной церкви. Возможно, как раз поэтому при сборе помощи сирийским христианам с российской стороны именно РПЦ – первый благотворитель. Так, еще в 2014 году безо всякой шумихи Русская церковь передала Антиохийской церкви 43 миллиона рублей.

Выступления иерархов РПЦ в защиту сирийских последователей Христа зазвучали с самых высоких трибун практически в самом начале длинной цепи арабских революций. А то, что в Сирии против христиан ведется война на уничтожение, было прямо озвучено еще в 2012 году митрополитом Иларионом (Алфеевым) в рамках доклада на заседании ООН: 

«В прошлом году 10% населения Сирии составляли христиане. Сегодня в этой охваченной войной стране десятки тысяч христиан стали жертвами религиозной нетерпимости. Их храмы и святыни разрушаются, они покидают города, не надеясь вернуться в свои дома, которые разрушены или захвачены радикально настроенными представителями доминирующей религии. Из сирийского города Хомса под внешним давлением вынуждены были бежать не менее 50 тысяч христиан».

После этого владыка перешел к проблемам восьми миллионов христиан, ущемляемых в Египте. Данная площадка ООН с тех пор была посещаема представителями самых разных христианских общин, но итог, как говорится, немного предсказуем – какой-либо единой программы по спасению христиан Сирии разработано не было.

Тем не менее Русская церковь не оставила притязаний на помощь всем христианам в САР. По данному вопросу в октябре 2015-го прошла резонансная встреча митрополита Илариона и президента евангелической ассоциации Билли Грэма. С православной точки зрения эта ассоциация – еретики и сектанты, но в тот момент, когда еретиков и сектантов бомбят и режут, все христиане мира должны быть едины. Потому в комиссии по гуманитарной помощи Сирии состоит, к примеру, Сергей Ряховский – председатель «Пятидесятнического Российского объединенного Союза христиан веры Евангельской». Вне этой комиссии отношения у русских православных с пятидесятниками, мягко говоря, не теплые.

По той же причине Католикос Армянский Арам I, прибыв с визитом в Сирию 6 января, был там посланником не только для григорианцев, но для всех христиан. А ведь в глазах армян и православные «новодел», благо Русской церкви даже в проекте не было, когда проходил Халкидонский Вселенский собор. Так общая беда сирийских христиан сплотила христианские церкви по всему миру, и взаимопонимание, свойственное сирийским общинам, будто бы подало пример единоверцам за пределами САР.

Уже в 2016 году в Гаване, где прошла историческая встреча патриарха Кирилла и папы Франциска, в общей резолюции было заявлено:

«Мы призываем международное сообщество к незамедлительным действиям для предотвращения дальнейшего вытеснения христиан с Ближнего Востока. Возвышая свой голос в защиту преследуемых христиан, мы сопереживаем и страданиям приверженцев иных религиозных традиций, становящихся жертвами гражданской войны, хаоса и террористического насилия... Необходима широкомасштабная гуманитарная помощь страдающему народу и многочисленным беженцам в соседних странах».

Наконец, 12 мая 2017 года состоялся Всемирный саммит в защиту гонимых христиан, в центре повестки которого усилиями РПЦ вновь оказалась Сирия. Вновь подтвердилось – христианские церкви всего мира сморят на Сирию, решительно не понимают, что там происходит политически, но готовы помогать ей чем могут.

Такой вот «траншейный экуменизм» в действии. Очень разные верующие из очень разных стран работают рука об руку и стараются помочь столь же разным верующим в далекой и обескровленной стране. Потому что война – это время, «когда молятся все». И, как правило, все вместе.

Источник: ВЗГЛЯД

Автор: Александр Чаусов

Теги: Россия, Религия, Сирия, Война на Ближнем Востоке, Аналитика, Русская православная церковь, Ислам, Мусульмане, Христиане