Сегодня: 20 марта 2019
Russian English Greek Latvian French German Chinese (Simplified) Arabic Hebrew

Все, что вам будет интересно знать о Кипре на нашем сайте Cyplive.com
самый информативный ресурс о Кипре в рунете
Домашняя молитва с детьми: инструкция по выживанию. Часть 2

Домашняя молитва с детьми: инструкция по выживанию. Часть 2

4 января 2019 LJ cover – Домашняя молитва с детьми: инструкция по выживанию. Часть 2
Теги: Религия, Православие, Семья

Как организовать общее правило

Когда дети совсем маленькие, старшему нет и четырех лет, скорее всего, «общая молитва» выглядит так: папа и мама крестят детей на ночь, может быть, дают им поцеловать икону или нательный крестик, каждый ребенок повторит простую молитву, если он уже может повторить хоть что-то. Например: «Господи, благослови меня на эту ночь». Детей укладывают в кровать, зажигают свечи перед иконами, выключают большой свет, и родители при детях молятся – так, как привыкли, как считают нужным, – и эта молитва может продолжаться и 40 минут, и час. Дети эту молитву просто видят, просто слышат. Скорее всего, засыпают. А главное – просто запоминают: в жизни человека, в жизни дома есть этот момент: люди молятся.

А когда старшему лет 5–6, появляется новый формат: молитва, на которую встают все вместе, все члены семьи. Здесь уже будет так или иначе разделена молитва родителей, супругов, и молитва «общая», молитва вместе с детьми. Получается так: пока семья «молодая», старшие дети маленькие, то малыши в основном только видят общую молитву. А когда семья подрастает, когда старшие дети уже школьники, то маленькие уже рождаются в ритме «общей молитвы вместе е с детьми»: родители со старшими детьми молятся, малыши в это время ползают. То приходят сделать поклон, как большие, то сидят и чем-то своим занимаются – сами или на руках у родителей.

Как будет устроена эта общая молитва? Снова и снова: вариантов может быть очень много. И я могу рассказать только о том, к чему пришли мы сами, к чему пришли наши друзья и знакомые.

Здесь есть такие моменты. Первое: по возможности, каждый ребенок должен стать участником молитвы. И второе: разнообразие, смена действий воспринимается легче, чем монотонность. Решений здесь опять-таки может быть много. Но есть один простой и понятный ориентир: церковное общественное богослужение. Наша многовековая православная традиция учитывает устроение человека, психологию, способность восприятия, способность сохранять внимание во время богослужения. Я сейчас ни в коем случае не о богословии говорю. Исключительно со стороны практической психологии и педагогики. И здесь можно отметить такие вещи: в храме не только читают, но и поют. Причем изначально поет «весь народ». Это общенародное пение позволяет включать в общую молитву всех присутствующих, делает их активными участниками богослужения. И не просто поют, а то читают, то поют. И когда читают – то чередуют чтецов, чередуют тех, кто произносит те или иные возгласы. Это все очень хорошо помогает сохранять внимание человека во время службы. И многие из этих моментов мы легко можем принести и в молитву нашей малой Церкви.

Многие молитвы можно петь, а не читать. Взрослые и старшие дети поют, маленькие – подпевают

Например, многие молитвы можно и хорошо петь, а не читать. Взрослые и старшие дети поют, совсем маленькие – подпевают. Это возможность участвовать в общей молитве для каждого из присутствующих, в том числе для малышей.

То, что нужно читать, можно читать, чередуя чтецов. При этом удобно, если у каждого ребенка есть «своя» молитва в этом чередовании.

Поклоны, в том числе земные, хотя бы немного, хотя бы один, помогают и телу включаться в молитву. И это тоже – разнообразие, это тоже помогает сохранять внимание. А отсутствие поклонов в день Причастия, в дни, когда поклонов не положено, помогают выделить эти особенные дни церковного календаря.

Вот один, исключительно примерный, вариант. Просто для наглядности.

Начало – начальные молитвы:

«Царю Небесный» – поем хором.

Святый Боже… – читает ребенок 7 лет.

Слава и ныне, Пресвятая Троице… – ребенок 9–10 лет.

«Господи, помилуй» трижды – ребенок 5 лет способен повторить.

«Отче наш» – поем хором.

Затем выбранные для домашнего правила «длинные молитвы» читают более взрослые дети и родители по очереди.

В конце поем «Достойно есть».

Великим постом наглядно-постно добавляется молитва Ефрема Сирина. Когда наступает Пасха, пасхальные часы празднично разбивают давнюю привычность правила. А потом, от Пасхи до Вознесения, правило немного меняется: «Христос воскресе» вместо «Царю Небесный», и «Ангел вопияше» вместо «Достойно есть». Так каждый день и мы, и наши дети, и даже малыши осознаем: это особенные дни, это Пасха. А потом, с Вознесения, мы начинаем наши молитвы сразу с чтения «Святый Боже» – и это снова особенное. И потом этот взрыв нового – на Троицу, впервые за почти два месяца: «Царю Небесный». И мы видим, слышим, чувствуем этот ритм церковного богослужения, которое таким пусть слабеньким, но все же эхом отражается и в жизни семьи.

Я знаю семью, в которой правило одно и то же всю жизнь семьи, вот уже почти 30 лет: это вечерние молитвы, без «Господи, Царю Небесный», «Что Ти принесу» и затем до «Достойно есть».

В другой семье правило более сокращенное, и при этом молитвы чередуются: один год читаются одни молитвы, в следующем году – другие, но все – из вечернего правила. При этом чередуются и чтецы.

Знаю и такую семью, уже не первое поколение церковную, в которой ничего не читают, а только поют – поют все то, что можно спеть из утреннего правила утром, и из вечернего – вечером.

Иногда заканчивается вечерняя молитва пением «Достойно есть». А в некоторых семьях читают «Да воскреснет Бог», благословляя при этом дом и каждого из присутствующих. Иногда, заканчивая общее правило молитвой за каждого отдельного ребенка, папа крестит того, о ком молится, кладет на голову ребенку руку, в некоторых семьях дети при этом целуют папину руку, даже если отец не священник.

В некоторых семьях такие вещи выглядят неуместно, гротескно и вызывают неприятие у детей. Но если подобные отношения, подобная традиция появляется, когда первые дети еще очень маленькие, когда они готовы принимать действия родителей как данность, и когда отношения при этом теплые, принимающие – подобные «ритуалы» могут рождать и поддерживать особенное, почтительное отношение к родителям. Не обязательно так будет. Не обязательно получится. Но – есть шанс.

В некоторых семьях родители каждый день благословляют детей. Если взрослеющий ребенок, выросший в подобной традиции, сам подставляет голову под папино благословение – значит, ребенок все еще «признает» папино право на эту высокую ступень в ребенкиной жизни. А если отворачивается или кривится – навязывание только оттолкнет, только испортит дело. И бывает, что подросток в общем и целом грубит, по крайней мере становится резким и очень критичным по отношению к родителям – но на молитву приходит и голову под благословение с готовностью подставляет. Значит – он все еще «здесь». И, как бы его ни крутило, он все еще – или уже – в культуре наших отношений, в культуре наших ценностей.

Молитва своими словами?

Мне кажется, неспроста в православных семьях в основном общее правило – это правило из молитвослова. Все-таки тексты, написанные святыми отцами – это выверенные, опытно выстраданные тексты. И это тексты «установочные»: мы не только обращаемся к Богу этими словами, но и сами учимся – учимся вообще молиться, расставлять акценты и в молитве, и в жизни. Безусловно, детям необходимо объяснять смысл молитв. Помните, как у Шмелева – маленький герой думал, что в кондаке Рождеству Христовы «волки со звездою путешествуют»? Чтобы дети понимали, о чем молятся, некоторые родители подписывают прямо в молитвослове переводы непонятных слов. Когда мой папа водил меня и брата в первый класс школы, он по дороге объяснял нам содержание каждой утренней молитвы. Еще вариант – иногда подолгу, «как следует» разбирать одну из молитв, об этом я рассказывала в статье про «Отче наш». Впрочем, вопрос сейчас другой: как научить детей не формальной молитве, как научить их такой важной вещи – обращаться к Богу со своими, живыми словами?

Есть семьи, у которых получается сделать общую молитву почти личной, молиться каждый день вместе, вслух именно своими словами – так, например, рассказывает о традициях своей семьи матушка Ольга Юревич[1]. Такой опыт тоже имеет место быть и явно у кого-то работает.

И все-таки, мне кажется, в общем и целом общая молитва – это что-то другое. Далеко не все, далеко не всегда можно сказать при братьях и сестрах, да и при родителях. Но при этом, если мы молимся общим правилом, хорошо в личном разговоре с каждым ребенком, тет-а-тет, в определенное время, в определенном настроении говорить о возможности обращаться к Богу своими словами. Помогать ребенку каждый день в важных и тяжелых ситуациях говорить с Богом – и о своих желаниях, и о своих страхах. Обращать себя – к Богу. И все это – не хором, а именно «войди в клеть свою». Говорить с Богом, когда засыпаешь, когда ты на уроке, когда возвращаешься из школы…

При этом, читая правило из молитвослова, многие семьи на общей молитве молятся и своими словами тоже. Самое простое и обычное – это после прочитанного правила из молитвослова помолиться о близких, крестных и крестниках, перечисляя их имена. Когда кто-то болеет – молиться о том, кто заболел. Просто и понятно – «Господи, исцели Ваню, помоги ему».

Все события жизни семьи, основные устремления – все может быть высказано на общей молитве. Нет жилья – молимся каждый день после вечерней молитвы о том, чтобы Господь послал нам квартиру или дом. Ищем участок – молимся, чтобы Господь показал нам нужную землю. Строим фундамент – молимся о фундаменте. Строим стены – молимся об этих стенах и крыше и так далее. Проблемы на работе – молимся, чтобы Господь научил, как их разрешить (хорошо, чтобы и здесь дети участвовали в заботах семьи). Дети учатся – молимся и об этом тоже.

Все эти вещи – наша общая молитва, когда мы все – и родители, и дети – собраны во Имя Божие и просим Бога об одном и том же. А еще это возможность научить детей, учить их каждый день своим примером, делом – просить у Бога помощи и благословения во всех наших делах и нуждах, благодарить Бога за все, что у нас хорошего случается в жизни. Если к просьбам добавляем одну только фразу: «если будет на то Твоя Святая воля» или простое «если Ты этого хочешь, Господи», – то показываем еще одну вещь: мы хотим, мы просим у Бога – но хотим при этом не нарушить, исполнить именно волю Божию.

Когда дети плохо себя ведут

Как дети ведут себя во время молитвы? Здесь многое зависит от семьи и от конкретных детей. Когда дети в семье вообще чинные и прямостоящие, то и во время молитвы такие дети стоят ровно и чинно. Когда дети крутятся как юла – неважно почему, в силу возраста, характера, проблем психического здоровья, – то и во время молитвы им будет непросто руки по швам стоять, пусть и очень недолгое время.

Приучать к благоговейному поведению во время молитвы можно и нужно

Приучать к благоговейному поведению во время молитвы можно и нужно. Эта вещь достигается в первую очередь примером родителей. Старец Паисий Святогорец говорил: «для стяжания благоговения надо жить или общаться с людьми, его имеющими, и наблюдать за тем, как ведут себя они»[2]. Во вторую – и только во вторую! – очередь можно учить словесным наставлением. Другое дело, и пример, и слова могут не работать. И тут вопрос – что делать?

Не знаю, ведь снова и снова все зависит от ситуации и от ребенка. Легче сказать – чего НЕ стоит делать.

Самая странная и грустная вещь – это когда молитва превращается в череду замечаний и воспитательных мероприятий: «Иван, все поют, а ты почему не поешь?!» – «Я сказал – не опирайся на стену, три минуты не можешь постоять ровно?» – «Не смотри в окно, смотри на икону!» – «Опять ты зеваешь, твоя очередь читать, а ты молчишь». Есть родители, которые при этом еще и дают детям подзатыльники. Здесь получается такая вещь: мы не только окружаем домашнюю молитву целым морем негативных ассоциаций. Мы еще и постоянно перебиваем молитву. Мы показываем детям: во время молитвы можно… разговаривать с кем-то; мы не молиться пришли, а учить вас, нерадивых, правильно все сделать на этом действе под названием «общая молитва». Если родители сами постоянно перебивают молитву, если делают все это в раздражении – неужели они показывают пример благоговейного отношения к молитве?

Трудно и следить за детьми, за их «правильным» поведением, и одновременно молиться. Но при этом очень и очень важно, чтобы мы, родители, именно молились, а не просто исполняли акт «духовно-нравственного воспитания». Пусть хоть кто-то молится на этой общей молитве. Пусть в это время хоть кто-то хотя бы пытается обращаться к Богу. Это видно, это чувствуется, когда есть молитва в этой комнате, а когда – нет. И самое жуткое – присутствовать на «педагогической» молитве с взвинченными, напряженными, раздраженными родителями, где все это действо – слежка за детьми, страх детей встать не так, как нужно папе, не вовремя подать нужную реплику в череде молитвословий.

Иногда проблема – заставить детей ровно стоять. Казалось бы – разве это трудно? Они же стоят на школьных линейках? А тут прислоняются куда-то, пытаются сесть. Это нормально? Это благочестиво? Положим, для трёхлетнего – нормально. А для тринадцатилетнего?

У той же матушки Ольги Юревич рассказано, что ее дети на молитве сидят. И греки тоже сидят во время службы. Мне кажется, если удается спокойно выстроить послушных детей – это здорово, слава Богу. Но если нам оказывается непросто организовать ровное стояние детей на молитве, то уж лучше пусть сидят – на коленках или на стульях, кроватях. Если хотя бы один из родителей стоит впереди всех, стоит ровно и правильно – это уже пример, это уже образ того, как надо быть на молитве. Часто маленькие дети на молитве постоят минутку – и начинают бродить. Потом присядут. А потом – снова встанут «правильно». Бывает, что ребенок все детство стоит на молитве, а в подростковом возрасте садится. Хорошо, что вообще остается на молитве… Бывает, что впереди, у икон, ровно стоят родители и кто-то из детей, не обязательно старшие. А остальные на периферии, в темноте сидят или прислонились куда-то.

А бывает, что дети ведут себя так, что это поведение так или иначе необходимо прекратить. Например, малыш включил музыкальную игрушку. Игрушку забираем, если нельзя выключить – уносим в другое помещение. Тут мерило простое: если что-то громкое, яркое, явно всех отвлекающее – это в любом случае прекращается, возможно, и насильно, если речь идет о маленьких детях. Еще одно мерило – не должно быть раздражения. Как говорит апостол Павел: «родители, не раздражайте детей своих» (Еф. 4, 6). Во время молитвы – тем более. И потому еще, как писала педагог Софья Куломзина, «время молитвы, каким бы оно ни было непродолжительным, должно протекать в неторопливом, спокойном общении…»[3].

Отец Глеб Каледа, которого мы тут часто вспоминаем, говорил, что на молитве с детьми за ребенком может следить только один родитель, «другой… молится внутренней молитвой, чтобы внешняя, делательная молитва ребенка окутывалась бы теплотою молитвы внутренней»[4]. На практике это может выглядеть так: один из детей во время молитвы что-то шепчет на ухо другому ребенку. Мы не кричим. Не останавливаем, не перебиваем общую молитву в целом – не перестаем петь, не останавливаем того, кто сейчас читает. Мама тихо подходит к «нарушителю» и – скорее всего, даже слова не понадобятся – разводит шепчущихся детей в стороны.

На молитве вместе с подростками

Особенно много проблем и вопросов вызывает поведение подростков. Не взрослых уже детей, а именно вступивших в период пубертата. Протест, поиск себя, хронически критическое и негативное настроение – такими моментами характеризуется подростковый возраст. И все это может проявляться на общей молитве. Например, бывает, что подросток встает вместе со всеми на молитву. Но не поет, отворачивается к окну… Иногда это демонстрация. Иногда – отражение внутреннего смятения. Что делать? Есть родители, которые в праведном гневе ревнителей благочестия ругают таких детей, выгоняют их с молитвы. В таком случае мы взрослеющему человеку, который еще «не определился по отношению к религии», …поможем определиться. Вряд ли у него будет большое желание снова оказаться в сообществе родителей и малышей, выслушивая замечания и обвинения в свой адрес. Ребенок помладше, если его выгнать, будет переживать, стараться вернуться: просто потому, что захочет быть «со всеми». А подросток вдруг откроет для себя, что вообще-то можно, оказывается, и не бывать на этой тяжкой для него общей молитве. И к следующему разу он может вообще не прийти. Так что стоит, наверное, показать трудному, мятущемуся ребенку: приходи в любом случае. Тебе здесь рады. Не можешь сейчас молиться – не страшно: мы помолимся за тебя.

Иногда подросток с готовностью приходит на молитву, стоит, но весь расслабленный, и явно мыслями не здесь. Такое у нас бывало. И как-то мне сказал такой подросток: «Вы меня обязательно зовите на молитву, не молитесь без меня. Я сейчас вообще не могу молиться – и если не позовете, я без молитвы на весь день останусь». Какая у него молитва, о чем он думает, когда явно присутствует, но не молится? Не наше дело. Пусть стоит, пусть сидит, как хочет – если не молится, то просто побудет… рядом с молитвой. Это еще и еще раз в пользу того, что хотя бы мы, родители, на общей молитве должны молиться, а не только следить за детьми.

Что делать, когда ребенок уже вполне сознательного возраста на молитве листает книгу? Заплетает в косичку бахрому на покрывале? Снова зависит от ситуации. Мне кажется, ребенку лет 5–10 замечание можно и нужно сделать – мягко, но твердо. А ребенку лет 12–15 – не стоит. Он и сам знает, как надо себя вести. Если он живет в таком ритме с рождения – не может не знать. Мы учили, делали замечания из года в год. Сейчас мы ничему новому не научим. Зачем зря человека дергать, зачем себе нервы трепать, зачем отвлекать себя от молитвы, лишать молитвы себя, привносить раздражение и отвлечение в молитву каждого присутствующего? Мне кажется, лучше на такие вещи внимания не обращать. В подобных ситуациях снова и снова спасает приглушенный свет: либо молишься, либо смотришь за малышами, а что там делают старшие – оно в темноте не видно. Не говорю, что я права, не говорю, что так надо относиться к поведению детей – это исключительно мысли вслух. Заметки на полях…

Иногда, и нередко, взрослеющие и взрослые дети говорят: «Я хочу молиться сам, отдельно». Это может быть такое политически корректное изъявление желания уйти из родительской культуры, при этом не подчеркивая разрыва. А часто это действительно стремление уже взрослого, верующего ребенка помолиться отдельно, без малышей, без суеты общей молитвы. И каким бы ни был мотив, пытаться заставить такого ребенка молиться вместе со всеми – типа «мы семья и все должны делать вместе» – скорее всего, окажется не лучшим решением и отношения никак не укрепит.

Взрослеющие дети выходят из семьи. Лишь бы они остались в Церкви. С Богом, а не с нами

Я сама перестала молиться со своими родителями, с братьями и сестрами, наверное, лет с пятнадцати. Молилась сама, одна. Мне было тяжело на общей молитве, тяжело было слушать, как родители делают замечания детям. Обидно было за детей – даже когда они явно вели себя неподобающе, я представляла себя на их месте, воображала, как я поведу себя в таких случаях со своими собственными детьми… К тому же я старалась молиться внимательно, старалась «повторить еще раз то место, которое прочитала не осмысленно». Как все это сделать во время обшей молитвы? Да никак. На то эта молитва и общая, а не личная. Как во время литургии. Не остановишь службу, не попросишь еще раз антифон пропеть. Это непростой, но важный момент: взрослеющие дети выходят из семьи. И слава Богу – не для себя мы растим детей. Лишь бы они остались в Церкви. С Богом, а не с нами.

А иногда взрослые дети молятся вместе с родителями, с братьями и сестрами и будучи студентами, до самого замужества и женитьбы. И часто это признак особого тепла, особенной близости между детьми и родителями. А иногда такие «оставшиеся» дети могут быть как раз не «активно верующими». Для них общая молитва – уютный и родной ритуал, который просто позволяет им чувствовать себя дома, чувствовать, что, несмотря на все бури жизни, семья – с лампадкой, с пением молитв – остается нерушимым и вечным тылом. И это тоже не худший вариант. Все идет своим чередом, у каждого свой темп, свои тропинки…

***

В общем, как мы устроим общую семейную молитву – не так уж и важно. Главное, чтобы эта молитва вообще была в нашем доме, чтобы она задавала ритм каждого дня жизни нашей семьи. Чтобы эта молитва была не педагогической акцией, не отбыванием повинности, а предстоянием перед Богом. Такой ситуацией, где хоть кто-то из нас хотя бы пытается в это время обращаться к Богу, а не просто проговаривать и пропевать знакомые тексты. Если не получается, стоит, наверное… молиться о том, чтобы Господь нам помог устраивать эту общую молитву. Ведь «без семейной молитвы нет и не может быть домашней Церкви»[5].


[1] См. Лученко Ксения. Матушки. М., 2013.

[2] Паисий Святогорец, прп. Слова. Том II. М., 2001. С.137.

[3] С. Куломзина. Наша Церковь и наши дети. М., 1993. С. 88.

[4] Глеб Каледа.Цит. изд., с. 159.

[5] Там же. С.160.

Анна Сапрыкина
Православие.Ru