Сегодня: 28 мая 2020
Russian English Greek Latvian French German Chinese (Simplified) Arabic Hebrew

Все, что вам будет интересно знать о Кипре на нашем сайте Cyplive.com
самый информативный ресурс о Кипре в рунете
Сервис онлайн-мониторинга распространения коронавируса на Кипре Сервис онлайн-мониторинга распространения коронавируса на Кипре
Погружение в Евангелие. День 9
Владимир Боровиковский «Евангелист Марк». 1804–1809 гг.

Погружение в Евангелие. День 9

27 марта 2020 |Источник: ФОМА |Автор: ЖУРИНСКАЯ Марина (26.06.1941 - 4.10.2013)
Теги: Религия, Православие

У христиан есть замечательная традиция: брать на себя маленький «подвиг» на время поста. Например, перечитать Евангелие. Но перечитать мало, нужно его еще понять. Мы выбрали самое короткое – от Марка – и будем давать отрывок и толкование на него каждый день. Это чтение займет время дороги на работу, а если вы в эти дни остались дома на карантине — может стать полезным способом себя занять. Присоединяйтесь!

Девятая глава (стихи 1-32) Евангелия от Марка. Из нее узнаем, что случилось на горе Фавор и почему апостол Петр захотел там остаться.


Евангелие от Марка, глава 9, стихи 1-32

1 И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе. 2 И, по прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, и возвел на гору высокую особо их одних, и преобразился перед ними. 3 Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить. 4 И явился им Илия с Моисеем; и беседовали с Иисусом. 5 При сем Петр сказал Иисусу: Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии. 6 Ибо не знал, что сказать; потому что они были в страхе. 7 И явилось облако, осеняющее их, и из облака исшел глас, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте. 8 И, внезапно посмотрев вокруг, никого более с собою не видели, кроме одного Иисуса. 9 Когда же сходили они с горы, Он не велел никому рассказывать о том, что видели, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых. 10 И они удержали это слово, спрашивая друг друга, что значит: воскреснуть из мертвых. 11 И спросили Его: как же книжники говорят, что Илии надлежит прийти прежде? 12 Он сказал им в ответ: правда, Илия должен прийти прежде и устроить всё; и Сыну Человеческому, как написано о Нем, надлежит много пострадать и быть уничижену. 13 Но говорю вам, что и Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем. 14 Придя к ученикам, увидел много народа около них и книжников, спорящих с ними. 15 Тотчас, увидев Его, весь народ изумился, и, подбегая, приветствовали Его. 16 Он спросил книжников: о чем спорите с ними? 17 Один из народа сказал в ответ: Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым: 18 где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет. Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли. 19 Отвечая ему, Иисус сказал: о, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне. 20 И привели его к Нему. Как скоро бесноватый увидел Его, дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену. 21 И спросил Иисус отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства; 22 и многократно дух бросал его и в огонь и в воду, чтобы погубить его; но, если что можешь, сжалься над нами и помоги нам. 23 Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему. 24 И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию. 25 Иисус, видя, что сбегается народ, запретил духу нечистому, сказав ему: дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него. 26 И, вскрикнув и сильно сотрясши его, вышел; и он сделался, как мертвый, так что многие говорили, что он умер. 27 Но Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал. 28 И как вошел Иисус в дом, ученики Его спрашивали Его наедине: почему мы не могли изгнать его? 29 И сказал им: сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста. 30 Выйдя оттуда, проходили через Галилею; и Он не хотел, чтобы кто узнал. 31 Ибо учил Своих учеников и говорил им, что Сын Человеческий предан будет в руки человеческие и убьют Его, и, по убиении, в третий день воскреснет. 32 Но они не разумели сих слов, а спросить Его боялись.


Далее о жизни и смерти Христос говорит слова, которые жгут душу: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе». Веками это обетование вызывало смятение; здесь – начало всех ложных ожиданий конца света и прочих туманностей. Но речь-то о другом, – о том, что некоторым даруется узреть Царство, будучи в теле. И речь даже не о таких мистиках, как апостол Павел, который «был восхищен до третьего неба» (см. 2 Кор 12:2), хотя и это тоже могло иметься в виду. Но самым прямым, самым непосредственным образом они указывают на смысл следующего эпизода: Преображения Господня на горе Фавор.

Cияние фаворского света было нездешним; он пришел из Царства Небесного и озарил Иисуса, и вместе с этим нездешним (невечерним, как говорится, то есть не смеркающимся) светом явились Илия и Моисей, и Христос с ними беседовал.

Погружение в Евангелие. День 9

Это было доступно глазам Петра, Иакова и Иоанна. Вот они-то и были теми, кто еще не вкусив смерти, увидел Царство Божие, пришедшее в силе.

В общем виде можно, подумав, сказать, что важные слова, сказанные Спасителем (Мф 11:27; Лк 10 22) о том, что Отца знает Он и те, кому Он «хочет открыть» нужно иметь в голове и при других размышлениях. Главное здесь – Божественная воля Христа. Минуя Его, никаких озарений не получишь, а только в прелесть впадешь. А то, что Он «хочет всем спастись и в разум истины придти» (1 Тим 2: 4), дела не меняет: все равно нужно к Нему приходить, к Нему обращаться, а не считать, что у тебя в кармане льготный пропуск.

Так и на этот раз: почему Он именно этим трем Апостолам открыл Царство, пришедшее в силе, мы не знаем и судить об этом не можем. И даже мои любимые слова из тропаря Преображения «якоже можаху», то есть (открыл) в той мере, в какой они могли воспринять, не помогают, потому что мы не знаем, в какой мере могли воспринять это другие. Вообще же здесь очередная развилка для умов: способные принять Христа как Он есть в Его Благой Вести могут дивиться делам Господним, из которых складывается история спасения мира, желающие же «самостоятельно разобраться» рискуют погрузиться в море домыслов и волнений.

А пока что этим трем было хорошо, – до того хорошо, что словами этого было не выразить, и только детский восторженный лепет срывался с губ Петра: хорошо бы нам тут и остаться, построить шалашики – и жить... Христос, сводя их с горы, запретил говорить о том, что они видели, пока Он не воскреснет из мертвых. А они, не смея спросить напрямую, обсуждали между собой непонятное «воскреснуть из мертвых», и спросили не об этом, главном, а о том, что книжники-то говорят, что первым должен придти Илия, так что же получается и как это согласовать? Честно говоря, обидно, потому что получается мелкотемье какое-то. Но это очень по-человечески; думаю, что каждый из нас (а может быть, даже и неоднократно) попадал в такую неловкую ситуацию, когда очень хочется спросить «о главном», но глупый тщеславный стыд этому мешает, и задаешь вопрос о второстепенном, облекая его в «умную» форму. Это очень сложный и болезненный вопрос: о человеческой слабости, которая не может миновать даже лучших из людей. Возможно, примеры такой слабости были даны в Евангелии для того, чтобы нас приободрить и приобщить к терпению – ближнего и себя. Но к сожалению, именно человеческая слабость и приводит к тому, что человек, ознакомившись с этими примерами, начинает превозноситься и в полном помрачении полагать, что он лучше и совершеннее, чем Апостолы...

На этот вопрос Иисус ответил обстоятельно и спокойно: «Правда, Илия должен придти прежде и устроить всё; и сыну Человеческому, как написано о Нем, надлежит много пострадать и быть уничижену. Но говорю вам, что и Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем». Речь, разумеется, об Иоанне Предтече, лучшем из людей, и «должен придти» – отнюдь не будущее время. И вот тут-то бы и обратить свое внимание не на соответствие-несоответствие того, что происходит, тому, что написано, а на предстоящие страдания Сына Человеческого...

А после схождения с Фавора – что называется, будни: в окружении толпы ученики отбиваются от книжников. И дело серьезное: один из народа привел к Апостолам своего сына, одержимого (ниже говорится о многократных попытках суицида: «многократно дух бросал его в огонь и в воду»), немого и страдающего припадками, похожими на эпилептические. А Апостолы не смогли изгнать беса. То-то раздолье было книжникам, которые сами, правда, ничего не могли, но бдительно следили, чтобы прочие соответствовали возлагаемым на них ожиданиям.

И за этим следует восклицание Христа: «О, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?». Я об этом когда-то где-то уже писала, но, наверное, можно и повторить: что, собственно, имеется в виду в поговорке «Христос терпел и нам велел»? Считается, что речь идет о крестных муках, но при таком толковании открывается простор для всякого мучительства, что отражено уже в другой поговорке: «Бьют и плакать не дают». Но на самом-то деле имеются в виду вот эти слова Христа – о людях недобрых, невнимательных, злобных, поверхностно набожных... Именно пребывание с ними (нами, нами!) было столь тягостно для Сына Божия, что Он ЖАЖДАЛ (Его слова) смерти крестной.

Но терпел. И действительно «нам велел» – терпеть друг друга. А опытные в духовном делании знают, что и себя нужно терпеть. Но понимать это следует духовно, как говорится, то есть не то чтобы пренебрегать своими грехами («грех мой предо мною есть выну», то есть всегда), а знать, что этим ты ничем не отличаешься от любого другого человека, и все, что ты можешь – это склониться с любовью перед любящим тебя Богом и принести Ему свое покаяние – как хорошие дети несут отцу свои горести, обиды, неудачи.

И самое главное – не корчить из себя супермена, не стремиться к суперменству и не обличать других в его отсутствии.

Бесконечным было терпение Христа, – говорится ведь «долготерпелив и многомилостив». На просьбу несчастного отца помочь Он сказал: «Если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему». И со слезами воскликнул бедняга: «Верую, Господи! помоги моему неверию».

Миниатюра из Евангелия царя Иоанна Александра, Болгария, 1356г.
Миниатюра из Евангелия царя Иоанна Александра, Болгария, 1356г.

Так хочется, чтобы эта молитва человека исстрадавшегося, ощущающего себя на краю бездны, но при этом честного перед самим собой и перед Богом (мог ведь сказать что-то вроде «А как же, конечно, могу! Не вопрос! Легко! Без проблем!» или другую сходную пошлость, засоряющую мозги и слетающую с губ, как плевок, небрежно и бессмысленно) дошла до наших сердец и укоренилась в душах. Потому что по большому счету мы страдаем не упущениями в ритуалах, а маловерием, укоренившимся язычеством, – от которого и ищем защиты в ритуалах, а нужно в Боге и в своей душе, которая, как известно, по природе христианка.

И эта предельная честность была вознаграждена, как, собственно говоря, и всегда награждается, потому что Господь сказал: «Дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него». И бес вышел, причинив напоследок такое потрясение, что больной «сделался как мертвый» и за умершего его и приняли. Но он встал, когда Христос взял его за руку и поднял, – ясный образ восстановления падшего человечества.

А уже в доме на вопрос учеников о том, почему же они не смогли изгнать беса, Спаситель ответил: «Сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста».

Если же мы зададимся простым вопросом: кто должен молиться и поститься? – и будем рассматривать этот эпизод с такой точки зрения, то получим ответ: в первую очередь Исцеляющий, но и близкие несчастного: ведь отец помолился. И я знаю случай из жизни, когда ребенок страдал от попыток суицида чуть ли не с трех лет, но был совершенно исцелен: набожные родители и заботливый духовник. И, наверное, на всякий случай полезно отметить, что о молитве и посте страждущего речи нет.

Затем Христос пошел с учениками в Галилею, избегая народа, потому что Он хотел говорить именно с ними – о том, «что Сын Человеческий предан будет в руки человеческие и убьют Его, и, по убиении, в третий день воскреснет». И снова то же: ученики не поняли, о чем это Он говорит, а спросить боялись. Понятно, что не Его гнева боялись, потому что видели неоднократно, что Он не гневается, как прочие люди; боялись показать себя не такими умными, как им хотелось бы выглядеть.

Да, Апостолы во многих отношениях были такими же людьми, как все прочие, с типичными людскими слабостями и заблуждениями. Но Господь избрал их, потому что видит сердце: эти слабые люди, когда пришел их час, утвердили христианство в мире и, не дрогнув, приняли мученический венец. И когда мы рассуждаем о тех или иных недостатках тех или иных людей, следует помнить, что мы их не знаем, а Господь знает, и кому Он готовит в удел подвиг веры - нам неведомо.

Дальше — девятая глава (33-50). Из нее узнаем, как выглядел Евангельский прообраз исповеди, зачем Христос поставил ребенка в круг с апостолами и что Его слова «если глаз твой соблазняет тебя, вырви его» — не призыв к самокалечению.