Сегодня: 22 сентября 2021
Russian English Greek Latvian French German Chinese (Simplified) Arabic Hebrew

Все, что вам будет интересно знать о Кипре
CypLIVE, самый информативный ресурс о Кипре в рунете
Аравийские «мытарства» или «а что НАМ надо по итогу?»
Фото: REUTERS Lisi Niesner

Аравийские «мытарства» или «а что НАМ надо по итогу?» (хроники двух месяцев и вопрос для будущих)

3 апреля 2020 |Источник: Aftershock |Автор: Glor SalivanМолдавия (3
Теги: Нефть, Экономика, ОПЕК, Саудовская Аравия, Аналитика, Россия, США, Ресурсы

Итак, вчера вечерком нас постигла безвременная, но предполагавшаяся новость о том, что Саудовская Аравия обратилась с призывом к странам-партнёрам в рамках OPEC+ провести внеочередную встречу для обсуждения ситуации на рынке нефти.

Чрезвычайно бурной радости сие известие не принесло, поскольку в спорах на «кто моргнёт первым», на Моххамеда бен Салмана не ставили исключительно столь неподражаемые мировые эксперты в области мировой торговли нефтью как датчане, куiвляне и пр. триебалты в обнимку с самими саудами. Но всё происходившее последние пару месяцев показывало, что спорить с этими блаженными «аналитиками» некому, поскольку все остальные занимались делом.

Каждый по-своему.

После того, как в ночь перед срывом сделки OPEC+ Моххамед бен Салман начал аресты среди представителей элиты королевского дома первой величины (своего дяди Ахмеда бен Абдель-Азиза и бывшего, но законного по праву преемственности короны, своего двоюродного брата-наследного принца Мухаммеда бен Наефа), стало понятно, что «Остапа понесло». Предъявленные им затем обвинения своим «любимым» родственникам в государственной измене и проведении переговоров с ЦРУ в ходе которых ими могли обсуждаться планы смещения кронпринца, вскружили молодому, возможно, будущему королю Саудовской Аравии голову, учитывая, что по мнению «злых языков» информацию о внутреннем заговоре с целью дворцового переворота ему подкинули именно сторонники Трампа в Белом Доме и Капитолии, имевшие «своих людей» в ЦРУ. Фигурирует также версия и о том, что об этом знали и в Москве, но «не обратили внимания» в связи с нежеланием МБС учитывать мнение Кремля в предполагавшемся пролонгировании в начале марта сделки OPEC+. «Мужчинка» обиделся, и дальнейшее развитие ситуации показало действенность русской поговорки «на обиженных воду возят».

Последовавшее затем падение цен на нефть автоматически вызвало и падение биржевой стоимости акций Saudi Aramco, которыми владеет около 20% населения СА, большинство из которого МБС в лице власти просто принудил в них вложиться.

За недолгое время проходящей «ценовой войны» Королевство уже снизило свой внутренний бюджет на $13 млрд. предполагая далее брать недостающие для бюджета суммы из собственного Суверенного фонда, средства которого они намеревались потратить на личный проект МБС долгосрочной модернизации экономики Саудовской Аравии «Видение-2030», стоимостью $500 млрд., и развитие военной промышленности. При этом, МБС дал указание подготовить чрезвычайный бюджетный план на случай падения нефтяных цен до $20 или даже $12/барр., с учётом того, финансовые активы Королевства упали до $320 млрд.

Всё это недолгое время, после объявления Моххамедом бен Салманом своей личной «нефтяной войны», в регионе Королевств Персидского залива шло скрытое, но очень серьёзное давление на МБС с помощью различных средств и инструментов (включая очередные ракетные атаки йеменских хуситов на Саудовскую Аравию и танкеры в Персидском заливе несколько дней назад). И дело не только в Иране, у которого просто нет другого выхода, кроме военного, для влияния на пересмотр МБС своего «дурного» решения. Кувейтские нефтеаналитики дали прогноз по «сколько выживем», имея в виду и себя, и др. «персяков», при продолжении ценовой «нефтевойны». Цифирь была мрачная, у каждого разная, но «тень Великого Верблюда» встала над Персидским заливом: в смысле того, что дальнейшее продолжение войны тестикул МБС между собой, гарантировало исключительно только повышение цен на верблюжье поголовье. Перед МБС встала мрачная и донельзя чистая в своей искренней необходимости для соседей перспектива его случайного отравления консервированным коронавирусом.

Кувейт, на фоне продолжающегося внутреннего раздрая двух кланов правящей семьи (Аль Джабер и Аль Салим), на жизненно важную для благосостояния членов кланов тему «кто лучший эмир будет», «похудел» в бюджетном дефиците ещё до объявленной Моххамедом бен Салманом «ценовой войны» на $6 млрд. Что не внесло оптимизма в отношения между королевскими семьями этих государств, особенно на фоне опасения кувейтской стороны вмешательства в местные «разборки» внешних сил, и прежде всего «специалистов» преданных МБС. Даже на фоне заключения соглашения между Эль-Кувейтом и Эр-Риядом о возобновлении добычи в нейтральной зоне между Саудовской Аравией и Кувейтом, результатом чего могло служить повышение объема добычи нефти до 550 тыс/барр/сутки. Что конечно могло помочь Кувейту приподнять бюджет, но явно не во время начавшегося всемирного нефтяного «бардака».

Бюджет Кувейта на 2020-21гг., реализация которого начинается в апреле, составлен на основе ориентировочной цены в $55/барр. Кувейт производящий 2,7 млн/барр. нефти в сутки, предполагает государственные доходы в размере 16,5 млрд. динаров ($52,8 млрд) при эквиваленте 1 динар/ $3,2. Дефицит бюджета достигает 9 млрд. динаров, т.е. $28,8 млрд.

При расчете доходов Кувейта исходя из цены на нефть $25/барр., и при условии сохранения текущих цен в течение нового финансового года, кувейтский бюджет получит лишь 7,5 млрд. динаров ($24 млрд), т.е. на 55% меньше по сравнению с первоначальными оценками. «Низко ценовой» бюджет покроет лишь около 45% предполагаемых расходов, а общий дефицит бюджета составит 18 млрд. динаров ($57,6 млрд).

В результате кризиса обменный курс доллара по отношению к кувейтскому динару значительно вырос. Бюджет был рассчитан по курсу 0,302 филса за доллар, но в настоящее время обменный курс составляет 0,310 филсов.

По мнению кувейтских экспертов Кувейт, как и другие страны Персидского залива, в обстоятельствах мировой «ценовой войны» на нефть был обязан принять превентивные меры. В первую очередь, это значит пересмотреть дорогостоящие проекты, отложить запуск некоторых из них и начать политику оптимизации расходов, чтобы государственные резервы остались целы.

Если по результатам шедшей «войны» осталось бы целым и само государство.

Правительство Бахрейна, с позволения короля, вынуждено было принять решение о возможной продаже части акций бахрейнских нефтегазовых компаний для борьбы с дефицитом бюджета стремительно усилившегося после «демарша бен Салмана». Как сказал один из высокопоставленных чиновников: «после продажи акций Saudi Aramco, нет такой компании, которую нельзя было бы продать». Потому, правительство Бахрейна думает, что может передать часть своих нефтегазовых активов в создаваемый государственный фонд, из которого могло бы продавать акции инвесторам, поскольку самая маленькая арабская страна Персидского залива стремится сбалансировать свой бюджет к 2022г. И действительно, дефицит бюджета Бахрейна увеличился до 13% ВВП в 2015г., хотя и улучшился сначала до 6,3% 2018г., и затем до 4,7% в 2019г., сообщил местный минфин в прошедшем феврале. Но это было ДО «войны».

Правительство Омана, также пострадавшего от обрушения нефтяных цен в мире, заявило о намерении взять кредит в $5 млрд, уже после объявления о том, что планирует в конце 2020г. провести IPO 25% акций Oman Oil Company, которая полностью принадлежит производителю нефти султаната не входящего в OPEC. Более того, все государственные компании Омана вынужденно сократят свои операционные и административные расходы в 2020г. на 10%, заявил минфин султаната. Министерство финансов попросило государственные нефтяные компании не начинать любые новые проекты и не делать капитальных вложений в этом году. Уже объявлено о планах сокращения бюджетных расходов на 5%, поскольку чрезвычайная ситуация в области здравоохранения и упавшие цены на нефть снижают доходы страны. А по прогнозам S&P Global Ratings, бюджетный дефицит Омана в течение семи лет подряд будет составлять в среднем почти 8% валового внутреннего продукта в 2021–2023гг. При этом, на нефть и газ приходится 35% ВВП Омана, 60% его экспорта и 70% его налоговых поступлений. И это на фоне проводимого новым султаном Хайсамом бен Тариком реформирования структур власти и экономических преобразований. И здесь «война» не кстати.

Да в общем и в самой Садовской Аравии дела идут «не форшмачно»: король Саудовской Аравии Сальман бен Абдель Азиз Аль Сауд в декабре 2019г. утвердил проект бюджета королевства на 2020г. с расходами в размере 1,02 трлн.риалов (почти $272 млрд.) и доходами в размере 833 млрд.риалов (более $222,1 млрд.). Следовательно, дефицит бюджета оценивается в 187 млрд.риалов ($49,8 млрд.),уверяет правительство КСА.

Согласно проекту, расходы 2020г. будут на 7,8% ниже, чем в 2019. Ожидалось, что рост ВВП королевства с учетом инфляции составит 2,3%.

Но об истощении резервов Королевства ранее высказался бывший глава ЦРУ Дэвид Петреус, имея в виду активы Суверенного фонд Саудовской Аравии. Более того, в июне 2019г. Институт международных финансов оценил его в $300 млрд, отметив, что четверть активов находится за рубежом. Институт фонда благосостояния поднял оценку до $320 млрд. При том, что активы КСА в 2013г. составляли около $800 млрд. Чистые финансовые активы саудовского правительства, т.е. резервы Центробанка страны (в совокупности с накоплениями суверенных фондов, но с издержками государственного долга) сократились с 50% ВВП в 2014г., когда нефть стоила $100/барр., до 0,1% ВВП, при ценах 2019г. на нефтяное сырьё. Но даже в случае, если цена на нефть будет держаться в диапазоне от $50 до $55/барр., то золотовалютные запасы саудовского королевства уже в 2024г. уменьшатся примерно до суммы пятимесячных расходов на импорт.

И даже в декабре 2019, аналитики Capital Economics прогнозировали, что «влияние новых квот в 2020г. на добычу нефти, может снизить рост ВВП Саудовской Аравии на 0,6% в первом квартале… И есть риски снижения прогноза роста ВВП на 2020г., составляющего 2,3%». Без учёта личной «нефтяной войны» Моххамеда бен Салмана.

На этом фоне, «Saudi Aramco» начала рассматривать возможность продажи доли в своем трубопроводном подразделении, чтобы выручить порядка $10 млрд., видимо для того, чтобы привлечь средства для выплаты в этом году дивидендов в размере $75 млрд. и выплаты первого взноса в рамках сделки по покупке доли в саудовской нефтехимической компании Saudi Basic Industries Corp. за $70 млрд.

Луше всего дела обстоят у Арабских Эмиратов. Кабинет министров ОАЭ утвердил нулевой дефицит федерального бюджета в размере 61,354 млрд. дирхамов ОАЭ ($16 млрд. 565 млн.) на 2020г.: самый крупный, и второй год- бездефицитный, бюджет выделенный с момента основания ОАЭ. Но это пожелания бездефицитности до «войны бен Салмана», и не думаю, что следствия «мартовских игр» друга- сауда принесли бен Заеду баррель- другой «зщастья».

Если говорить об Аравии и аравийских монархиях в целом, то даже местные аналитики-прогнозисты не первый год толкуют о последующих тяжёлых временах.

По мнению кувейтских экспертов, страны Персидского залива ожидает настоящая финансовая катастрофа, т.к. оптимальная цена на нефть для поддержания государственных расходов в большинстве стран ОПЕК составляет от $90 до $95. Например, в Кувейте это $83, в Саудовской Аравии $95 (по некоторым расчётам- $83,6), в Ираке около $120, а в Иране и Нигерии более $150/барр. Таким образом все эти государства должны будут задействовать резервы или воспользоваться внешними займами для компенсации разницы.

Согласно МВФ, в течение предыдущих четырех лет чистая величина финансовых активов шести стран региона снизилась примерно на $500 млрд., составив $2 трлн. Если пика в спросе на нефть не будет раньше 2040г., оставшаяся сумма закончится к 2034г. А если нефть будет стоить $20/барр., то эти активы закончатся еще быстрее и казна этих стран опустеет уже в 2027г.

Естественно, на фоне подобных прогнозов своих верноподаных и текущей обстановки, в умах правителей Аравии начала закрадываться мерзопакостная мысль о создании «арабского OPEC», то ли внутри него, то ли абсолютно и независимо снаружи, но решения в которой будут приниматься независимо от других стран, включая Россию, Мексику, Венесуэллу и пр.

В этом случае, региональная OPEC будет контролировать около 53% мировых запасов и около 26% добычи нефти, что позволит им полностью контролировать цены. Как они считают. При этом, горько признают, что в ведущейся сейчас «ценовой войне» между крупнейшими нефтедобывающими странами, дальнейшее снижение цен на нефть, или их «зависание» на низком пределе, окажет крайне негативное влияние на государственные бюджеты нефтедобывающих стран Персидского залива, даже несмотря на то, что на долю этих стран приходится 53% добычи OPEC, поскольку их экономики зависят от доходов с продажи нефти на 85-95%.

Потому, Йемен стал одним из первых и основных видимых факторов предупреждения Моххамеда бен Салмана о прямой зависимости между скоротечностью человеческой жизни и уровнем её яркости в данном регионе. На фоне туманных новостей о скрытых переговорах между представителями Королевства Саудовской Аравии и движения «Ансар Алла» в феврале о соглашении об обмене пленными, что расценивалось как первый шаг к возможному, регулируемому окончанию войны, в виде обмена пленённых в Йемене хуситами саудовских солдат на арестованных в СА активистов движения ХАМАС (привет МБС из Катара), сауды, тем не менее, решили затем начать наступление на Сану и были разбиты хуситами, которые начав контратаку и прорвав фронт взяли под контроль нефтеносные мухафазы Мариб и Эль-Джауф, над административным центром которой(г. Эль-Хазм) установили полный контроль и вдобавок атаковали несколько саудовских экономических объектов, включая нефтяные и газовые месторождения с помощью своих ВВС( по их заявлениям).

После успешного штурма, «Ансар Алла» и официальному «правительству Йемена от «аравийской коалиции»» было предложено заключить соглашение о прекращении огня, что устраивало обе стороны, но КСА вновь нанесло авиаудары по территории Йемена контролируемой хуситами, на что повстанцы ответили ракетными атаками по Эр-Рияду и южным городам королевства-Асиру, Наджрану и Джизану, как ранее атаками на нефтетанкеры «государств-членов Коалиции».

Кроме того, склока между Эр-Риядом и Абу-Даби по поводу видения будущего Йемена уже приняла хронический характер и вызывает состояние «войны всех против всех» в среде южно-йеменской антихуситской группировки сепаратистов и официальном йеменском правительстве, что крайне радует самих хуситов, которым абсолютно не нравится желание СА и ОАЭ прибрать под себя все открытые на шельфе ИЭЗ Йемена и его сухопутной территории немалые углеводородные ресурсы.

Да и последовавшие недавно телефонные переговоры кронпринца ОАЭ бен Заеда с президентом Сирии Башаром Асадом, на которых кронпринц предложил Дамаску гуманитарную помощь «на борьбу с коронавирусом» в размере $3 млрд., после громкого заявления властей Абу-Даби и правительства Ливана о желании скорейшего восстановления Сирии в Лиге Арабских Государств, поддержанного Суданом, чьих наёмников КСА использует в войне против йеменских хуситов, также не принесло хорошего аппетита бен Салману. Хотя оба этих заявления и расцениваются странами ЛАГ, как создание явного противотурецкого альянса на Ближнем Востоке.

Во время проистекавших событий, к обсуждению насущного мирового вопроса подключилась и «тяжёлая артиллерия» из США: группа должностных лиц в Министерстве энергетики США принялась убеждать администрацию президента Дональда Трампа сформировать альянс с Саудовской Аравией с целью регулирования мировых цен на нефть, что впоследствии могло, по их мнению, привести к выходу королевства из состава OPEC, дабы упрочить отношения между США и Саудовской Аравией, а также помешать дальнейшему укреплению связей Эр-Рияда с Москвой.

Сторонники данной стратегии в Минэнерго США рассматривали несколько вариантов реализации этой идеи, один из которых предусматривал расширение полномочий федерального правительства не в сфере регулирования добычи нефти в США, который контролируется частным сектором, а в плане более активного использования национальных запасов углеводородного сырья. Более того, ими предполагалось, что представитель Минэнерго США пробудет в Эр-Рияде по меньшей мере несколько месяцев для проведения детальных переговоров с высшими представителями Королевства.

Коллективное письмо Моххамеду бен Салману группы из 13 сенаторов США возглавляемой сенатором, губернатором Аляски Дэном Салливаном и Кевином Крамером с просьбой о пересмотре кронпринцем его решения также не принесло результата.

Затем, к процессу «уговоров и вразумления» подключился известный миру «умиротворитель с кастетом»- госсекретарь США Майкл Помпео. Включив всё своё бульдожье «обаяние» Майкл, во время личной встречи с Моххамедом бен Салманом, терпеливо объяснял ему необходимость поддержания стабильности на мировых энергетических рынках.

Даже запрос, который нефтекомпании Техаса направили в Texas Railroad Commission (комиссия являющаяся регулятором нефтяной отрасли штата), с идеей впервые почти за 50 лет вернуться к пропорциональному распределению добычи, т.е. , фактически, просьбой нефтяников о вводе «ручного» регулирования производства государственными властями, оставила МБС глухим.

Несмотря на заявление уполномоченного Железнодорожной комиссии Техаса Райана Ситтона о возможности снизить добычу нефти в США, чтобы выйти из кризиса, если также поступят Саудовская Аравия и Россия. «Техас может снизить добычу на 10%, если Саудовская Аравия сделает такое же сокращение от допандемического уровня производства и Россия согласится пойти тем же путем»-уверил Райан Ситтон

Но МБС держался стойко, как отмороженный пингвин в дебрях Антарктиды. И даже ответил устами «Saudi Aramco» предупредившей своих партнеров, чтобы те готовились к резкому увеличению добычи нефти, поскольку она собирается вывести добычу на максимальную мощность.

Зато, просьбу своих нефтяников очень хорошо услышал Дональд Трамп, который сразу после данного запроса «перетёр с Владимиром» по телефону «проблему совместных действий против пандемии коронавируса в мире на фоне жесточайшего падения мировых цен на нефть», после чего позицию «низкого старта» для обсуждения ситуации на глобальном нефтяном рынке приняли главы Минэнерго США Дэн Бруйетт и Минэнерго РФ Александр Новак.

Последовавшие за этим угрозы сенаторов-республиканцев, традиционно связанных с нефтедобытчиками сша, в т.ч. и «сланцевыми», в адрес саудов и вовсе разорвать стратегическое партнёрство, и заявление, в их же адрес, сенаторов-республиканцев Дэна Салливана и Кевина Крамера (авторов «письма 13») о подготовке проекта закона, предусматривающего вывод из Саудовской Аравии американских сил, включая и ЗРК, судя по всему конкретно прочистили бен Салману не только слуховые каналы, но и понятийно- интеллектуальный аппарат, который стремительно принял единственно правильное решение с просьбой «Да-ва-а-йте все вместе…».

Вопрос в другом, в чём для нас заключается смысл возврата к прежним договорённостям в формате OPEC+, кроме повышения мировых цен на нефть до $45/барр. (для начала)?

Снова связать обязательствами себя и оставить «за бортом» американских нефтедобытчиков безо всяких обязательств?? Понятно, что федеральные органы США в силу своего антимонопольного законодательства в принципе не имеют права на какое-либо общение, и уж тем более соглашение, с международными картелями вроде OPEC. Пусть тогда регулируют добычу своих нефтяников через госуправление/ограничения через некий коллективный орган нефтедобывающих штатов. Или профессиональный союз нефтегазодобывающих компаний. Придумают, как создать/назвать сей орган. Но в силу сложившихся обстоятельств и ситуации, не воспользоваться этой возможностью будет «какбэ» неумно.