Гневливый, как говорит Св. Ефрем Сирин, губит душу свою, всю жизнь приводит в смятение, чужд тишины и мира, далек от здравия, тело его истаивает, душа скорбит, плоть увядает, лицо покрывается бледностью, мысли и слова безумные льются рекой, и всем он ненавистен.
Здоровье, как говорили древние отцы, есть Божий дар, а болезнь есть дар бесценный. Потому что человек, болея, приобретает огромное духовное сокровище. Недаром Господь сказал: «Был болен, и вы посетили Меня». Когда человек болен, Христос рядом с ним.
Почему раньше супруги жили долго и счастливо и даже подумать не могли о том, чтобы разрушить свою семью, а сегодня половина браков распадается после первого же года? Что мешает людям, горячо любящим друг друга при вступлении в брак, сохранять любовь и потом? Как пережить свершившийся распад семьи, освободиться от «любовной зависимости» – популярного у современных психологов «диагноза»? Что стоит за модной формулировкой «не сошлись характерами»? И обязательно ли надо «сходиться характерами», чтобы сохранить любовь на всю жизнь? О таком печальном явлении, как разводы, мы беседуем с протоиереем Димитрием Смирновым.
Мир расставаний и утрат. Какую еще ты причинишь нам рану? Кого еще отнимешь? Мало тебе погибших в Беслане, измученных и растерзанных, нашедших вместо школы концлагерь, вместо радости жизни – мучение смерти. Мало тебе теплохода «Булгария» и ночного сплава на плотах на Сямозере, унесших в пучину гибели растерявшихся детей. Нет, ты врываешься в нашу жизнь вновь и вновь, отнимаешь детей тогда, когда мы надеялись дать им радость и утешение. Всеми покинутые, запертые, задохнувшиеся и сгоревшие в «Зимней вишне», страдавшие во всех других катастрофах – они нас ставят в тупик, показывают нам всё наше бессилие.
«Всё или ничего» – тезис этот кажется радикальным. Но и сейчас, до Страшного Суда, итогом жизни каждого человека становится либо Рай, либо ад. Третьего не дано. Рай – это всё, полнота всякого блага – мир и любовь, радость, гармония, счастье, блаженство. Потому что Рай есть общение с Богом, а Бог – это в буквальном смысле «всё», всё благое, что только может помыслить и о чем даже не может мечтать человек. Ад – «ничего», бездонная пустота, обнаженность от чего-либо благого и доброго, ад поглощает тех, кто без Бога, а быть без Бога значит всё потерять.
Петров, или как его еще принято называть, Апостольский пост, относится еще к самым ранним временам Церкви Христовой. Известно, что утвердился он, когда в Константинополе и Риме святым равноапостольным Константином Великим были воздвигнуты храмы в честь святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Освящение константинопольского храма совершилось в день памяти апостолов 29 июня (по старому стилю; т.е. 12 июля по новому), и с тех пор этот день стал особенно торжественным и на Востоке, и на Западе. Это день окончания поста. Начальная же его граница подвижна: она зависит от дня празднования Пасхи; поэтому продолжительность поста варьируется от 6 недель до недели и одного дня.
Старец Паисий рассказывал, что его мать с малых лет научила его молиться, не говоря ему никогда о молитве. «Когда мы были маленькими, – вспоминал он, – мы говорили про себя: “Господи Иисусе Христе, помилуй мя!” Наша мама никогда не заставляла нас произносить этого, не требовала: “Помолитесь”. Мы просто слышали, как она произносила: “Господи Иисусе Христе, помилуй мя!”, – когда месила тесто для хлеба».
Каждый раз, когда вечером или утром встаешь на молитву – хочется тебе молиться или не хочется, спешишь ты или не спешишь, – постой секундочку и подумай: ведь ты с Богом разговариваешь. Верь, что Он тебя слышит. И как только ты проникнешься этой мыслью, ты уже не сможешь читать шаляй-валяй и лишь бы как, тебе будет стыдно.
Ты можешь верить, что за гробом тебя что-то ждёт, а можешь думать, как думали наши предки-нигилисты, что умрёшь, лопух вырастет... и всё... Но веришь ты или не веришь - и Бог есть, и загробная жизнь есть, и ад есть. "Никакого ада нет!" Ну как же нет, когда ты живёшь в аду! Не веришь? Ну подойди к зеркалу, посмотри на свою мрачную рожу. Разве может венец творения, высшее создание Божие иметь такую мрачную харю?
В Церкви живёт Дух Божий. Это не сухое и пустое догматическое положение, сохраняемое только по уважению к старине. Нет, это, именно, истина, опытно познаваемая каждым, кто проникся церковным сознанием и церковной жизнью. Благодатная жизнь Церкви даже не может быть предметом сухого научного изучения; она доступна изучению опытному. О жизни благодати, ясно ощущаемой, человеческий язык всегда может высказаться только туманно и темно. О жизни Церковной знает только тот, кто её имеет; для него она не требует доказательств, а для не имеющего её и она почти не доказуема.
Православные христиане, рассуждая о том, как дать отпор противникам Церкви, часто вспоминают святителя Николая, который заушил ересиарха Ария. О том, как относиться к данному «нетолерантному» поступку святителя рассуждают священники Андрей Хвыля-Олинтер, Димитрий Шишкин, Сергий Бегиян, Валерий Духанин и Николай Булгаков.
Сегодняшнюю беседу я назвал «Оставь ребенка в покое». Для тех, у кого нет детей, эта тема тоже важна, поскольку является частью общей для всех мучительной проблемы присутствия психологического давления, насилия в нашей жизни. Можно было бы ее озаглавить и так: «Оставь человека в покое» – то есть не беспокой и не третируй других людей. Когда в 1986 году я впервые приехал на Святую Гору, я спросил монаха в скиту святой Анны: – Батюшка, ты монах, у тебя нет семьи, детей, ты не строишь дома, не работаешь на заводе; что же ты делаешь для мира?
Очень многие вопросы христианской апологетики и, соответственно, возражения атеизма сводятся к вопросу о существовании всемогущего существа. Например, говорят атеисты, если бы существовал всемогущий Бог, то не было бы в мире зла, не было бы законов природы, существовала бы только единственная истинная религия и т.п. На эти замечания некоторые христиане отвечают, что да, всемогущий Бог существует, и поэтому не существует законов природы, ведь все в руках Божиих; мир сотворен за ничтожно малое время – за шесть дней; не существует свободы человека: все предопределено.
Истину мы познаем в Самооткровении Бога. Он может открывать Себя внутри моего духа – именно потому что я со-образен Ему как образ Божий от Сотворения, и соприроден Ему: в Таинстве Святаго Причастия мы приобщаемся Его Божественной природы, а в Таинстве Исповеди отреваем от себя все, что супротивно ей. Он открывается христианину и при чтении Евангелия. Заповеди Христовы – также Самооткровение Бога. Мы склонны полагать, что это повеление нам, и отсюда все наши неудачи. Это рассказ Бога о Себе Самом, убеждает нас отец Софроний.
Попалось где-то у архимандрита Софрония (Сахарова): «Благодать приходит в сердце, которое исстрадалось». Кажется в одном из писем иеромонаху Димитрию (Бальфуру) пишет... А у апостола Павла не просто попалось — раз за разом читаю и перечитываю: «Ибо по мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше» (2Кор.1:5)...
Безусловно, есть огромная разница между разговором о вере со случайным попутчиком, соседом по больничной палате или по очереди в каком-нибудь присутственном месте и «обращением в Православие» наших близких — родственников и друзей, коллег по работе, тех, с кем наша жизнь связана неразрывно. Казалось бы, располагая лишь кратким временем для беседы, трудно преуспеть в достижении поставленной цели. И, напротив, общаясь с человеком, которого хорошо, к тому же, знаешь, день за днем,— куда как проще. Но практика зачастую свидетельствует об обратном.
Царство Божие подобно горчичному зерну. Оно – самое грандиозное из всего на свете, самое прочное, самое фундаментальное, самое вечное – подобно маленькому зерну. Христос приводит в пример горчичное зерно. И эта притча невероятна, потому что мы не ожидали, что Христос скажет такое. Я уверен, что когда ученики вместе с народом увидели, что Христос заговорил и произнес такие слова: Чему подобно Царствие Божие? и чему уподоблю его? – то все думали, что сейчас услышат, что Царство Небесное подобно чему-то вроде бульдозера, который всё крушит, не оставляя после себя ничего, и прокладывает путь, чтобы Бог мог по нему пройти. А мы парадоксальным образом слышим тут что-то противоположное: что оно подобно горчичному зерну.
Архимандрит Захария – ученик и преемник известного подвижника благочестия наших времен архимандрита Софрония (Сахарова) – ученика и преемника преподобного Силуана Афонского. Архимандрит Захария родился на Кипре в православной семье, в Англию приехал в 18 лет для изучения химии. Здесь нашел архимандрита Софрония, стал его учеником и принял решение посвятить свою жизнь Христу в монашеском образе. Сначала отец Софроний направил его в Париж для получения богословского образования (это было в начале 1960-х гг.). Там отец Захария защитил докторскую диссертацию на тему «Христос – наш Путь и наша Жизнь», научным руководителем его был известный богослов Георгий Манзаридис. И на следующий же день по возвращении в Эссекский монастырь удостоился принятия монашеского пострига.
Русское слово «крест» заимствовано из церковнославянского языка. Первоначально праславянское *krьstъ (и в старославянском также крьстъ, где «ь» и «ъ» — очень краткие (редуцированные) звуки, близкие по звучанию «е» и «о») означало «Христос»; заимстововано оно из древневерхненемецкого (krist, christ). По всей вероятности, в процессе употребления сначала возникло значение «распятие» (лат. crucifixus), откуда и развилось значение креста (Фасмер).
Всё чаще встаёт вопрос о церковной деятельности священников на «гражданской» ниве, о деятельности, без которой, как говорят, нам народ не поднять, не изменить жизнь к лучшему. Сразу хочу оговориться, что я не против этого тезиса и согласен, что Церковь должна проповедовать Слово Божие широко и повсеместно, но вот методы этой проповеди вызывают порой вопросы и недоумение. И как бы нам за заботами о всенаставничестве и народоводительстве, за увлечением миссионерской деятельностью не утратить что-то важное, без чего вся эта деятельность если не совсем потеряет смысл, то уж точно может приобрести совершенно иное, отличное от первоначального значение.
Апостол Павел говорит: «Плод духовный есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание». То есть когда человек стремится к духовной жизни, она приносит вот такие плоды. А если этого нет, то и никакой духовной жизни нет.
Святость – это не наше природное свойство. Оно было таким в Адаме, но Адам согрешил, и лишился всего. И нам это вновь, как преподобный Серафим говорил, нужно стяжать, чтоб опять благодать Божия к нам пришла. А благодать Божия нас преображает: мы из жадных делаемся щедрыми, из раздражительных превращаемся в терпеливых, из гневливых – в кротких, из сребролюбивых, наоборот, в готовых другому человеку помочь. В этом есть смысл жизни, а не в том, чтобы что-то приобрести себе, потому что что бы ты ни приобрёл, это всё останется на земле.
Живем мы в необычное время, время катаклизмов и катастроф, которые случаются будто по расписанию. Возникает ощущение, что человечество расплачивается за те «вавилонские башни», которые оно понастроило за последние 100 лет. Каждый Новый год за праздничным столом люди желают друг другу счастья в наступившем году, надеются, что он не будет похож на прошедший, принесший им и всей стране немало бед и потерь. Они считают, что Новый год просто обязан быть лучше старого, чуть ли не открыть им некое светлое будущее. Но как показывает жизнь, каждый год происходит всё вопреки этим чаяниям человечества. Получается, что таковые надежды людей рождаются из некоего самообольщения, люди не знают чего-то такого важного, без знания чего они похожи на слепых котят.
Наша квартирка в старом городе – сыроватая, с печным отоплением, панцирными кроватями, общей водопроводной колонкой во дворе и уборной в дальнем его закутке – внешне не была образчиком благополучия. Купала нас мама в корыте, предварительно нагрев воду в выварке, в ней же она кипятила белье, которое стирала потом вручную… Но годы той скудной жизни вспоминаются как самые светлые, счастливые в жизни. И не только мной, а значит дело не только в моей детской беззаботной радости…
Есть мнение, что Иисусову молитву – «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго», – могут творить только монахи, а мирянам это духовное делание неполезно. Так ли это? Можно ли молиться Иисусовой молитвой мирянам? И как это делать с наибольшей духовной пользой? Что вообще значит для нас Иисусова молитва?
Люди больше думают, чем дышат. Пока мы набираем воздух, могут появиться тысячи мыслей, но мы не задумываемся об этом. Не отдаем себе отчета, что наши мысли формируют наш характер, облик нашей личности, создают нашу идентичность и являются тем, что мы есть, до такой степени, что один американский философ сказал: “Вы – то, что вы думаете”.
С середины августа на канале «Россия» в самое рейтинговое время выходит шоу «Феномен» известного израильского мага Ури Геллера. В течение часа участники шоу соревнуются в телепатии, а в конце шоу Ури Геллер заслоняет экран своей ладонью и призывает всех зрителей прикоснуться к ней, чтобы «зарядиться энергией». Рекламными объявлениями о «потомственных ворожеях» и «приворотах с гарантией» заполнены газеты. Как ни странно, при этом большинство потребителей таких «услуг» разговоры о бесах считают средневековыми выдумками.
Господь наш Иисус Христос дал заповедь Своим ученикам научить «все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» ( Мф.28:19). По Его Божественному повелению святая апостольская Церковь и до сих пор совершает это священное таинство, в котором «верующий при троекратном погружении тела в воду с призыванием Бога Отца и Сына и Святого Духа умирает для жизни плотской, греховной и возрождается Духом Святым в жизнь духовную, святую» (Пространный христианский катехизис). По учению Священного Писания, в крещении омываются все грехи (см.: Деян.22:16), человек участвует в смерти и воскресении Христа Спасителя (см.: Рим.6:3–5), облекается во Христа (см.: Гал.3:27), становиться чадом Божиим (см.: Ин.3:5–6). А потому само крещение, по прямому и недвусмысленному слову Библии, спасает нас воскресением Христовым (см.: 1 Пет.3:21), и без истинного крещения невозможно спастись (см.: Ин.3:5; Мк.16:16).
Милосердие – одна из важнейших христианских добродетелей, и творить милостыню заповедал нам Господь. Но как быть, если с протянутой рукой стоит явный пьяница, собирая деньги не на еду, а на бутылку «огненного зелья», и, следовательно, наша милостыня пойдет на дело греховное? И надо ли подавать «нищим», для которых попрошайничество стало профессией? Должно ли быть рассуждение в милостыне, или творить ее надо не раздумывая, во исполнение слов Спасителя: «Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся» ( Мф.5:42)? И вообще есть ли какие-то «правила», кому и как благотворить? Отвечают пастыри Русской Церкви.
«Праведность ведет к жизни, а стремящийся к злу стремится к смерти своей», – сказал премудрый Соломон (Прит. 11:19). Всякий верующий человек стремится к праведности. Но правильно ли мы понимаем это слово? Есть ветхозаветное и новозаветное понимание праведности. В сегодняшнем апостольском чтении апостол Павел как раз обсуждает эту разницу.
Пришло время, братья и сестры, и мы вновь произносим эти долгожданные слова. Возможно ли в полной мере высказать, что они значат для нас? Пасхальное приветствие – это вхождение в иную реальность, всегда новую реальность Воскресения. Это погружение в океан радости, волны которого накрывают с головой и заставляют ликовать даже самого взвешенного, спокойного человека.
Почему люди теряют веру? Что такое богооставленность, и может ли «Бог оставить» человека? И где черпать духовные силы, если кажется, что ты выгорел? Мы поговорили об этом с клириком храма преподобного Пимена Угрешского Николо-Угрешской духовной семинарии, кандидатом богословия, писателем и публицистом иереем Валерием Духаниным.
«Се, что добро или что красно, но еже житии братии вкупе?» – Единство и единомыслие составляют важнейшую черту христианской жизни: ведь по словам св. ап. Павла Церковь – это Тело Христово, и, соединенные друг другом такой неразрывной связью, мы должны жить и трудиться вместе. Более того, будучи живым телом, Церковь растет и изменяется. Святой Дух оживотворяет Церковь как дух человека – его собственное тело.
Кто главный в семье, мужчина или женщина? Можно ли планировать рождение детей? Что делать, если из-за работы не хватает времени на семью? Как поститься супругам? На эти и другие вопросы молодых семей отвечает епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон. – Кто главный в семье? – Недавно ко мне пришла одна женщина и я ее спросил: "А кто у вас главный?" Она говорит: "Ну, вообще-то я. Только вы мужу ничего об этом не говорите, он думает, что он". Мне кажется, если женщина так делает, она права. Она может быть инициатором, вдохновителем, она может быть любящим началом, которое призывает к добру. В этом смысле она – главная. А муж главный в том, что он принимает решения, руководит женой. Так что женщина должна тоже это понимать.
Четвертая неделя по Пасхе посвящена евангельскому расслабленному (см. Ин.5:1–15), который 38 лет провел у Силоамской купели в ожидании исцеления и был в итоге избавлен от тяжелого недуга Самим Спасителем. Тот несчастный был в течение долгих лет физически расслаблен и обездвижен, мы же зачастую бываем обездвижены духовно. О том, как бороться с духовной расслабленностью и, в частности, с нежеланием молиться, ходить в церковь и участвовать в ее Таинствах, корреспонденту портала Православие.Ru рассказали священнослужители Русской Православной Церкви: игумен Нектарий (Морозов), священник Сергий Бегиян, священник Димитрий Фетисов и диакон Валерий Духанин.
Любой человек, хотя бы немного читавший наши вероучительные книги, знает, что Православная Церковь верит в Божественное Откровение, которое передано двумя путями: через Священное Писание и Священное Предание. Первое включает в себя библейские книги, а второе обнаружимо через постановления Вселенских и поместных соборов, а также творения святых отцов.
Хлеб в Церкви – символ Христа. Об этом сказал Он Сам: «Я есть Хлеб жизни» (Ин. 6:48). Если земной хлеб питает человеческую жизнь, то Христос, Хлеб небесный, приобщает человеческую жизнь к полноте Божественной жизни в вечности. Неотъемлемой частью литургической жизни Церкви является просфора, и поэтому послушание просфорника имеет особое значение. За кажущейся простотой в этом богоугодном занятии скрывается множество тонкостей, тайн и сокровенного делания. Об этом нам рассказывает один из старейший насельников московского Сретенского монастыря игумен Киприан (Патрс).
– В нас, в самой природе человека заложено одно важное свойство – постижение сути. Вот, к примеру, наша жизнь. Это дар Божий, она не кончается. А некоторые смерти боятся. Да нет же смерти! Жизнь вечна, смерть – это просто переход в иной мир. И когда понимаешь это, когда начинает работать мысль, пробивающая закостенелость обыденных представлений, заскорузлость нашей бытовой жизни, открывается радость. И сама жизнь выходит на какой-то другой уровень.
Что есть священство, пастырство, духовничество, в чем смысл и отличие этих понятий? Как выбрать духовника? Можно ли переходить от одного духовного наставника к другому? Что такое младостарчество, отчего оно возникло, является ли для Церкви проблемой? На эти и другие вопросы мы попросили ответить преподавателя Сретенской духовной семинарии протоиерея Вадима Леонова.
Не ходи по путям грешных, но следуй по стезям праведных. Воробей воробья заманивает в западню; и грешник подобного себе вовлекает во глубину зол. Смотрите, да никто не говорит: «Много нагрешил я, нет мне прощения». Кто говорит это, тот не знает, что Бог есть Бог кающихся, пришел на землю ради страждущих и сказал: Бывает радость… об одном едином грешнике кающемся (Лк.15:10); и еще: Я пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию (Лк.5:32). Истинное же покаяние состоит в том, чтобы удалиться от греха и возненавидеть его, подобно тому, кто говорит: Неправду возненавидел я и возгнушался (Пс.118:163); и еще: Поклялся я и постановил – хранить суды правды Твоей (Пс.118:106). И тогда Бог с радостью приемлет приходящего к Нему.
Тайна Воскресения Христова обусловлена тайной Его Страстей и Его Смерти. «И сказал им: так написано, и так надлежало пострадать Христу, и воскреснуть из мертвых в третий день» ( Лк.24:46). И в этим смысле не меньшее удивление вызывает и сама Его смерть, ведь Христос «смертию смерть поправ и сущим во гробех (находящимся во аде. – прот. О.С.) живот даровав». То есть Своею смертью Он умертвил смерть физическую и духовную для каждого из нас, уверовавших во имя Его: «От власти ада Я искуплю их, от смерти избавлю их. Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа? Раскаяния в том не будет у Меня» ( Ос.13:14).
Центром христианской жизни является богослужение. Часто можно слышать, что в Православной Церкви культ, в частности обряд, преобладает над учением. В самом деле, русский народ традиционно считает, что участие в богослужении не менее спасительно, чем чтение Евангелия, а отправление культа — не менее важно, чем служение благу ближнего, русский народ усваивал христианство в равной степени по Евангелию и Прологу (Житиям святых), просвещался не только проповедями, но и самим богослужением, не только богословием, но и поклонением святыням.
Вера есть удивительный дар Божий человеку. Благодаря этому дару мы можем познавать то, что не видим нашими телесными глазами. Без веры вообще невозможно какое-либо знание. Ведь чтобы сделать какие-либо знания достоянием своей души, в эти знания надо поверить, поверить, что они действительно могут расширить наш кругозор и обогатить наш внутренний мир. Поэтому известный мыслитель Блез Паскаль говорил: «Вера есть сила сердца», она делает наше сердце сильным, способным к глубоким познаниям.
Напрасно некоторые из православных удивляются существующей пропаганде Римской Церкви, мнимому самоотвержению и деятельности ее миссионеров и усердию латинских сестер милосердия и неправильно приписывают Латинской Церкви такую важность, что будто бы, по отпадении оной от Православной Церкви, сия последняя не пребыла такою же, а имеет необходимость искать соединения с нею. По строгом исследовании мнение сие оказывается ложным; а энергическая латинская деятельность не только не возбуждает удивления, но, напротив, возбуждает глубокое сожаление в сердцах людей благомыслящих и разумеющих истину.
Покаяться перед смертью, наверное, возможно. Но надеяться на это ни в коем случае нельзя. И дело не в том даже, что можно банально не успеть или что Бог не простит. Сама постановка вопроса подразумевает здесь очень серьезную проблему, без осмысления которой вряд ли получится ответить на этот вопрос.
В чем, прежде всего, проявляется мудрость и значимость правителя государства? Можно ли привести страну ко благу, если поступаешься Божиим законом? Чем по сути своей были европейские революции? Чего хотел шведский король Карл XII? О чем предупреждает нас русский философ Иван Ильин? Как проявляется Промысл Божий в истории? Об этом мы беседуем с кандидатом исторических наук, начальником сектора анализа и оценок Российского института стратегических исследований Петром Мультатули.
Статья архимандрита Георгия (Капсаниса), игумена монастыря Григориат (Святая Гора Афон), посвящена вопросам богословского диалога с Римо-Католической церковью. Статья была опубликована летом этого года в греческом журнале «Паракатафики» (Οὐνία: ἡ μέθοδος τοῦ παποκεντρικοῦ οἰκουμενισμοῦ / Παρακαταθήκη, Τ. 60, 2008).
Блаженную кончину Пречистой Божией Матери называют Успением. А какую смерть можно вообще назвать блаженной, «хорошей»? Мы задали этот вопрос пастырям, а заодно спросили их, какую именно смерть они бы хотели для себя лично. Священник Димитрий Шишкин– Что тут скажешь?.. Все святые отцы однозначно говорят, что покаяние с принесением плодов его – это главное условие христианской жизни. Стало быть, и смерть в покаянии – это хорошая смерть, насколько вообще можно говорить о смерти в положительном тоне. Смерть ведь сама по себе несвойственна человеку, она есть проявление и следствие его грехопадения.
Церковь для нас средство или цель? Этот вопрос обращен к нам каждый день, каждую минуту нашей жизни, но мы, увы, не всегда решаемся честно себе на него ответить. А когда решаемся, смущенно разводим руками: ну что делать, ну средство, конечно, средство — нет у нас таких сил, чтобы цель в Церкви и во Христе видеть, чтобы именно к этой цели идти, а не к какой-то своей, малой, частной.
